Администратор проводил ее к столу, она чувствовала, что нравится ему. Женщина всегда чувствует мужское внимание, а мужчина – женское безразличие. Хватило отстраненного взгляда, чтобы ее оставили. Скарлет погладила кончиками пальцев фонарь с маленькими свечами и заблудившимися за стеклом мотыльками. Последняя теплая ночь уходящей осени.
- Не хочу показаться навязчивым, но устоять не могу, - прозвучал совсем рядом мужской голос. - Вы такая задумчивая и одинокая, красивая. Могу я к вам присоединиться?
Скарлет растерялась, рассеянно улыбнулась остановившемуся рядом с ней привлекательному мужчине. Что ответить? Вдруг взгляд ее изменился, а улыбка стала волнующе-мягкой, загадкой, что пленяет в одночасье. Мужчина обернулся.
- Похоже, вы не одна, - усмехнулся он и, кивнув своим мыслям, вернулся за столик.
Она не знала, какими будут его слова, но с трепетом ждала их.
- Разрешите? – Дэвид наполнил ей бокал и освободил из салфетки столовые приборы. - Как зовут прекрасную незнакомку?
Волнение прошило кончики пальцев – что это с ней? Но она так хотела увидеть его, сейчас, в эту ночь. И вот он здесь. Слишком идеальный для нее.
- Моника? – предложила она, принимая его игру.
- Моника? – с улыбкой нахмурился Дэвид.
- Ингрид?
- Ингрид? – он еще шире улыбнулся, до притягательных ямочек, так и уговаривающих прикоснуться к ним.
Скарлет задержала дыхание, а затем опустила взгляд на стол.
- Лилия.
- Приятно познакомиться, Лилия. Потанцуешь со мной? Звезды просят, чтобы ты им станцевала.
- Раз звезды просят… - прошептала она.
Дэвид пристально смотрел ей в глаза, не мог насмотреться, не мог оторвать взгляд.
- Звезды, волны. Я.
Она приняла его руку и скинула туфли, когда ступни утонули в теплом песке. Музыка и вправду была волшебной. Чувственной, тягучей, нежной. Как его движения. Как его руки. Как дождь, что укрыл их от любопытных глаз. Она не могла не думать, что скучала по нему, по ее Дэвиду, по теплу, которое медленно растекалось в груди от его дыхания, от прикосновений губ к щеке, к кончику носа, к виску. Ему не хотелось, чтобы заканчивался танец. Он просто не сможет отпустить ее. И держать нельзя. Дэвид заметил: на ее пальце не было его кольца. Она уже все решила. Что же, пускай так. Ведь это последняя теплая ночь ноября. Шелест дождя заполнял молчание, одна боялась, другой не хотел ранить.
- Мне пора, - она отстранилась в одно мгновение.
Вдруг нахлынули мысли: нельзя, зачем, что она делает? Слабость. Его любовь – ее слабость, убежище, укрытие. Пользоваться, когда в душе такой раздрай, когда не разобралась в чувствах и близка к безумию? Низко. Так низко, что хочется убить себя. И снова в голове его слова о демонах. Он никогда не поймет ее, никогда…
Она захлопнула дверцу автомобиля, откинулась на спинку кресла и медленно выдохнула. Эмоции требовали выхода, и Скарлет несколько раз ударила по рулю в бессилии. Может, поэтому она не заметила яркий свет фар? Впрочем, не было времени изменить что-либо. От последующего удара ее выбросило в лобовое стекло. Звон осколков и скрежет сминаемой машины – последнее, что она услышала, прежде чем все окутало тьмой безразличия.
«- Скучала, Детка? – его голос настигает ее и расходиться по телу дрожью.
Глаза закрываются, когда его руки касаются ее кожи.
- Завтра у нас будут гости, - шепчет он с ухмылкой, не отрывая губ от ее шеи. – Угадай, кто станет нашим главным развлечением? Одна красивая, сладкая Детка… Может, я позволю поиграть с тобой… Последнее время ты вела себя совсем не как хорошая девочка…
У нее не хватает дыхание, будто в груди дыра и черный едкий дым валит клубами. Он хочет, чтобы она при нем с другими? И четкое осознание, что это ее грань…
- Я убью себя.
Он резко поворачивает ее, сжимает, вскидывая, подбородок. Она чувствует на груди капли крови – его когти беспощадны к ней, взгляд отпечатывается на подкорке.