- Почему в таких красивых глазах печаль? Хочешь погадаю?
Она вздрогнула, ведь совсем не заметила, что больше не одна у причала. Рядом стояла молодая девушка с такими же синими, как море у горизонта, волосами.
- Погадаешь? – хрипло спросила Скарлет. – Это как?
- Судьбу твою предскажу. Будущее. Возможно, мои слова помогут справиться с болью. Или помогут принять решение. Или заставят задуматься. Выбирай карту.
Скарлет стало интересно. Незнакомка интриговала ее. Опустив взгляд на расписные карты, она вытянула первую. Руку обдало холодом. Скарлет медленно перевернула карту, предчувствуя что-то ужасное. Она была черной, полностью черной, но что-то было за этой тьмой, что-то не давало отвести взгляд, затягивало, притягивало. Силуэт.
Выпавшую из рук карту, подхватил ветер и спрятал в волнах. Скарлет побледнела, ее сердце стучало вдвое чаще, казалось, даже волосы ее встали дыбом.
- Смерть рядом с тобой, - сказала девушка с такими же черными, как карта, глазами. - И пока что, она только забирает, Скарлет.
Она вздрогнула и очнулась от сна. Потерянно огляделась. Шумело море. Обессиленная бессонной ночью, она задремала прямо на нагретом солнцем песке. Скарлет не могла прийти в себя после кошмара, он напугал ее так, как пугает детей ночь с монстрами под кроватью.
Начал накрапывать дождь. Да, море плакало, когда она плакала.
- Да ты вся мокрая! – воскликнул Дэвид.
Он закутал ее в свой пиджак и, приобняв, что согревало лучше ткани, завел в помещение. Каждый раз новое место. Ему нравилось удивлять ее и заметив, как скованно она ведет себя в дорогих залах, он стал отдавать предпочтение уютным небольшим заведениям.
- Клянусь, ни одна женщина, промокнув до нитки, не сможет выглядеть так прекрасно, как ты, - тихо прошептал он, не желая выпускать ее из рук.
Скарлет слабо улыбнулась. Оставив автомобиль у городских лабораторий, она не мало погуляла под дождем, пока отыскала назначенное им место. Теперь она дрожала от холода и была благодарна официанту за теплый плед с горячим молоком, отдающим сладким медом. Вкусные блюда, легкая музыка, старинная атмосфера.
- Мои любимые, - заметила она покрытые кокосовой стружкой конфеты.
В глазах Дэвида теплом разлилось удовлетворение. Он знал ее, каким-то волшебством знал, не задавая вопросов. Ему просто было дорого все, связанное с этой женщиной, и он с жадностью подмечал мелочи ее жизни, даже не отдавая себе отчета.
- А что нравится тебе? – вдруг спросила она, оторвавшись от стены дождя за окнами зала.
Он постарался скрыть от ее взгляда, как взволновал и обрадовал вопрос – она захотела узнать его. Это было дороже подаренных им бриллиантов. Но в тот же миг он подумал, что не хочет ничего от нее скрывать, тем более любовь, которая принадлежала ей от первого до последнего вздоха.
Она зачарованно смотрела на него, купаясь в чем-то нежном и невесом.
- Из сладкого? – вспомнил он о вопросе. - Мне нравится «Черная ночь». Знаешь такое лакомство?
- Что-то припоминаю. Нуга с фруктами, да?
- Нуга с изюмом, курагой и орехами под горьким шоколадом. Его редко где можно найти. В Ариганде я не знаю никого, кто торговал бы им.
- И в какой стране ты его полюбил?
- Я полюбил тебя, а «Черная ночь» - мне всего лишь нравится.
Она опустила глаза и сильнее сжала бокал. Казалось, в ней шла борьба, сути которой он не понимал, и уже успел пожалеть о своей, спугнувшей ее откровенности.