Паника сдавила горло. Должно быть, это те же люди, что стреляли в нас прошлой ночью.
— В какую сторону они поехали?
— Туда. — Женщина указала на горы, где на сотни миль не было ничего, кроме дикой природы.
— Как давно это было?
— Минут двадцать назад. — Она бросила сердитый взгляд на помощника шерифа. — Ему потребовалось столько времени, чтобы добраться.
Я развернулся и побежал к своему внедорожнику.
ГЛАВА 22
ДЖАСТИН
Час спустя я открыл дверь небольшой придорожной кофейни, совмещённой с туристическим центром. Я недвусмысленно просил Лео встретиться в Фалкон-Крике, но он настоял на месте ближе к Анкориджу — у него скоро была важная встреча.
Лео сидел в дальнем углу. Заметив меня, он кивнул.
Он выглядел совсем не так, как два дня назад. Костюм исчез, уступив место потрёпанному оливково-зелёному армейскому парку. На голове — мятая коричневая шапка-бини. Глаза были красными и опухшими. Руки в разных перчатках сжимали большую чашку с дымящимся кофе. Никаких «Лимонных дропов» сегодня.
Отмахнувшись от официантки, я скользнул в кабинку. Не было времени на выпивку или светскую беседу, поэтому я сразу перешёл к делу.
— Настоящее имя Софии Бэнкс — Алекс Петрова. Я нашёл её свидетельство о рождении, спрятанное в сарае. Она дочь Кузьмы, а не жена. Прошлой ночью грузовик — кажется, белый — открыл огонь с её подъездной дороги. Он был отвлекающим манёвром для стрелка, который подкрался к дому с тыла. Я потерял его в лесу. Сегодня утром, — я взглянул на часы, — часа четыре назад София сбежала из хижины, и её похитили на просёлочной дороге в полукилометре от Фалкон-Крика. Я шёл по следу, пока его не замело свежим снегом. Уверен, это те же люди, что стреляли в нас.
— Что вообще спровоцировало перестрелку?
Я уловил слабый запах алкоголя от его дыхания.
— Не знаю. Либо кто-то проследил за мной до её дома и испугался, что она что-то расскажет, — значит, за ней уже следили. Либо она водит меня за нос и сейчас нежится в джакузи за счёт «Чёрной ячейки».
— Как её похитили? Сбили с дороги?
— Нет, её грузовик разнесли в перестрелке. Она шла в город пешком.
— Ты серьёзно?
— Ага. Похоже, она хочет умереть.
— Или ей просто всё равно, умрёт она или нет. Ты знаешь, был ли у неё с собой телефон? Мог бы отследить, если знаешь номер.
— Не знаю. Она выскользнула через окно в ванной. Уверен, с собой у неё немного. — Я провёл пальцами по волосам. — Поговорю с её коллегами в закусочной. У неё должен быть способ связи.
— Сделай это, а я посмотрю, смогу ли поймать сигнал. Но если её похитили люди Кузьмы, они не дураки. Первым делом обыщут и отключат телефон. Если бы я был на их месте, он уже разбит на миллион осколков и валяется в сугробе у обочины.
— А умные часы? Не помню, были ли они у неё.
— Тот же сценарий — уничтожены. Они не глупы.
— Чёрт. — Я глубоко вздохнул. — А что с её фальшивым именем, София Бэнкс? Что удалось выяснить?
— София Бэнкс — не Алекс Петрова.
Я моргнул. — Что?
— Я сказал, София Бэнкс — не Алекс Петрова.
— Не может быть. Я видел водительские права и свидетельство о рождении. Почему ты так говоришь?
— Потому что Алекс Петрова мертва. Следовательно, невозможно, чтобы София Бэнкс была ей.
Он отхлебнул кофе.
— Как только получил твоё сообщение, стал искать это имя в старых делах. Алекс Петрова погибла в автокатастрофе три года назад в России. — Он пододвинул через стол листок. — Вот свидетельство о смерти.
Я быстро пробежался глазами по бумаге и швырнул её обратно. — Тогда объясни, почему у Софии дома спрятаны свидетельство о рождении и документы на имя этой женщины?
Он пожал плечами.
Меня захлестнуло нетерпение. — Ты должен быть моим чёртовым контактом, Лео. Ты должен помогать мне — это твоя работа. Ты должен быть кладезем информации. Я не понимаю, почему никто ничего не знает об этой женщине. Это не сходится. Кто ещё с ней связан, хоть как-то? Ты должен мне что-то дать. Делай свою работу, Лео.
Он помолчал, о чём-то раздумывая.
— Эти люди… они очень, очень плохие, Джастин. Они так же умны, как и жестоки. Они годами скрывались, и никто, даже правительство США, не смог их найти.
Я усмехнулся. — Они просто недостаточно старались. Любого можно найти. «Подполья» не существует — это дурацкий термин для тех, кто не смог кого-то найти. Кто был последним агентом, который искал «Ячейку»? Дай мне его номер.
— Не могу.
— Почему?
— Потому что он мёртв.
Я закатил глаза, покачал головой. — Ну, кем бы он ни был, у тебя есть доступ к его материалам? К делам?