– Эконом-класса?
– Да, всего лишь одного класса, к тому же дешевого. А других нет и не предвидится.
Настроение у Лео упало.
– Не думаю, что могу позволить себе остановиться здесь на две недели, – призналась она. – Мне придется подыскать себе другую гостиницу.
И вдруг, пока они стояли друг напротив друга, Лео оценила положение вещей с точки зрения Матти. Ей навязали кого-то наподобие Лео, кому она просто не могла отказать из-за того, что той пришлось пережить, и вот Лео предстала перед ней в совершенно непотребном виде, грязная и не располагающая достаточными средствами для проживания в роскошных отелях. Ничего удивительного, что Матти выглядела напряженной и настороженной.
– По соседству имеется другая гостиница. Почему бы тебе не поужинать с нами? А потом мы вместе наведем справки, – сказала Матти, на этот раз куда любезнее, чем раньше.
– Спасибо тебе. – Лео улыбнулась, и теперь и Матти наконец-то позволила себе улыбнуться.
– А сейчас позволь представить тебя моим родителям, лорду и леди Монктон.
Лео съежилась от смущения, когда поняла, что мать Матти и есть та самая женщина, чей чай она едва не опрокинула.
– Как поживаете, леди Монктон? – сказала Лео. – Я крайне сожалею о том, что помешала вашему чаепитию.
– Какие пустяки, – небрежно отозвалась та. – Я отправила официанта за новым прибором.
Отец Матти кивнул, а женщина, сидевшая с ними, – та самая, которая сказала ей, что ничего страшного не случилось, когда она едва не опрокинула столик, – одарила ее самой дружелюбной улыбкой из всех, какие она только встречала в Саутгемптоне. Лео улыбнулась в ответ и присела.
Матти положила на свою тарелку несколько лепешек и принялась оживленно болтать.
– Мне так скучно. Мы торчим здесь уже два дня. Я очень скучаю по своим знакомым в Лондоне. По вечеринкам. Надеюсь, кто-нибудь догадается организовать здесь танцы, чтобы убить время. Я уже заприметила кое-кого, с кем была бы не прочь потанцевать. – Официант разлил чай. – А как у тебя с этим делом? Ты оставила дома кого-нибудь, кто был бы тебе дорог?
Лео испытала такое большое облегчение оттого, что ее приняли в компанию, что слова вырвались у нее сами собой:
– В общем, я познакомилась кое с кем по дороге сюда.
– Рассказывай. Какой он?
Лео принялась подбирать нужные слова, чтобы описать свое знакомство с Эвереттом. Он был первым мужчиной, который страстно целовал ее, разомкнув губы; первым мужчиной, который сумел пробудить ее тело к жизни. Но об этом она рассказать не могла.
– По пути сюда я впервые в жизни увидела океан, – сказала она, вспоминая ярость и красоту волн, которые одновременно и напугали, и очаровали ее. – Встреча с этим мужчиной была похожа на то, как если бы меня унесло в открытое море и я не захотела бы вернуться на берег.
Матти небрежно отмахнулась.
– Унесло в открытое море – это, конечно, очень романтично, но чем он зарабатывает на жизнь? Если хочешь знать, я уже почти помолвлена, и, к счастью, Ретт очень состоятелен. Если война меня чему-нибудь и научила, так это тому, что девушка должна удостовериться в том, что карман мужчины полон, прежде чем думать о его сердце. – И Матти устремила обвиняющий взор на отца.
– Ретт? – переспросила Лео, чувствуя, как по спине у нее пробежали ледяные мурашки дурного предчувствия.
– Да, мой жених – в общем, почти жених. А вот и он, наконец явился, чтобы сопровождать нас в Нью-Йорк. А я уже подумала, что ты заблудился, – окликнула Матти мужчину, направлявшегося к их столику, и помахала ему рукой.
И тут Лео поняла, что мужчиной, которого Матти называла своим «почти женихом», был не кто иной, как Эверетт Форсайт.
Хвала Господу, что она в этот момент сидела. В противном случае колени у нее наверняка подогнулись бы. Она так крепко вцепилась в свою сумочку, что защелка впилась ей в кожу. А еще Лео постаралась придать своему лицу равнодушное выражение, чтобы на нем не дрогнул ни единый мускул и не выдал ужасную правду о том, что всего несколько часов назад она лежала обнаженной в объятиях этого самого мужчины.
Эверетт встретился взглядом с Лео и отшатнулся, попятившись от Матти, которая устремилась ему навстречу. Он уже готов был окликнуть Лео по имени, но вовремя спохватился, сделав вид, будто закашлялся, что дало ему возможность выставить руку перед собой, отстраняя Матти. Он повернулся к ней спиной, якобы для того, чтобы унять приступ кашля, и, вновь повернувшись к ним, покачал головой, поняв, что Лео по-прежнему сидит за столиком.