–Насколько я знаю, он давал лишь советы, возможно он каким–то образом и предвидел будущее, но тут уж тебе никто точно не скажет. Во всяком случае у меня как–то не было причин проверять силу жреца на себе.
Изабель окинула меня придирчивым взглядом. А я вдруг задумалась к чему она вообще стала рассказывать мне эту историю? Подтверждая мои пока еще не высказанные вслух предположения, она отрывисто кивнула, победно улыбнувшись.
–Мы найдем его! Уж он–то точно сможет сказать, что нам нужно сделать!
Я, кажется, просто онемела от шока, уставившись на нее широко раскрытыми глазами. Но Изабель это несколько не смутило. Она загорелась своей идеей, и мне осталось только подивиться ее энтузиазму.
–Но как? Да и жив ли он вообще?–не сказать, что я скептически отнеслась к ее рассказу, но все же мне верилось во все это с трудом. Да и одно дело, когда тебе это рассказывают как интригующую и таинственную легенду, и совсем другое поучаствовать в этом самой.
Ангел возмущенно застыла.
–Ну конечно жив! Он–бессмертен!–сказала так словно это самый очевидный факт на свете.
–И как нам узнать, где его искать?–задала я логичный в нашем положении вопрос.
–А вот эта уже другая история. Предоставь это дело мне!–она задорно подмигнула мне, и я открыто улыбнулась в ответ.
Даниэль
Я решил ничего не говорить Крису о возможной будущей стычке. Что толку болтать, если еще точно ничего не известно.
" В этом–то вся и проблема. Нет ничего хуже неизвестности! Было бы гораздо легче узнать все в один миг."
Тем не мения, нельзя было просто стоять на месте и чего–то ждать.
Я даже не пытался делать вид, будто у меня все в порядке, чем вызывал обеспокоенные взгляды Криса и родителей. Но первый предпочитал не надоедать с вопросами, а вторые уважали мое личное пространство и тоже не навязывали свою заботу.
Со дня как я покинул"Калейдоскоп" прошло трое суток. И от братьев не пришло никакого ответа. Честно, я был вымотан ожиданием, напряженным и липким, которое преследовало меня, куда бы я не пошел.
Сегодня после ВУЗА я заскочил на подработку в ресторан. И вот лучше бы я вообще не приходил! Только какое–то чудо уберегло ресторанную посуду от моей рассеянности.
Ушел я оттуда еще мрачнее, чем приходил. Все коллеги по работе в один голос говорили, что выгляжу я просто ужасно, и что мне нужно хорошенько выспаться. Да только вся проблема была в том, что сна не было от слова совсем!
Я ложился на кровать чисто формально, глядел в потолок, а с утра вставал, одевался, завтракал и шел в ВУЗ.
Порой на меня находила спасительная дремота, но и она не приносила никакого облегчения. Напряжение меня никак не отпускало, и срочно требовало выхода.
"Мне просто нужно было знать их чертов ответ! И либо идти готовится к драке, либо искать другой способ отбиться от этого подонка!"
Этим же вечером группа Рокс устраивала один из своих закрытых концертов. Приглашены были друзья членов группы и друзья их друзей.
Вообщем–то это были студенческие концерты, если уж совсем по–простому. Я приходил на их сборища довольно редко, из–за их позднего время проведения. Кто–то же должен потом Рокс по учебе подтягивать, но сейчас время для меня не имело абсолютно никакого значения.
Я пришел по адресу их обычных сборов. Как правило, они собирались у барабанщика, одного из членов группы. У того была просторная квартира, где можно было разместить довольно большое количество народа, а также была проведена хорошая звукоизоляция.
Когда я позвонил в домофон, из него уже лились звуки музыки. Мне сразу же открыли, стоило сказать, что я друг Рокси. Поднявшись на лифте, я сразу же прошел в приглашающе открытые двери квартиры. Из собравшихся я, естественно, никого не знал.
В гостинной группа исполняла молодежную музыку. Солист играл на гитаре и пел, наслаждаясь вниманием публики. Мой взгляд на нем не задержался, он устремился дальше, находя, наконец, Рокси.
Конечно, она не знала, что я приду. Она играла самозабвенно, полностью погрузившись в процесс. И тем интереснее было наблюдать за ней. Она подпевала солисту, и мне вдруг до ужаса захотелось, чтобы он вообще заткнулся.
Я стоял, прислонившись к стене, так, чтобы исполнители меня не видели. Хотелось понаблюдать за ней, оставаясь невидимкой.