Райан Бенджамин Виктор Нотт-Блум.
Проговорив мысленно это имя, я поняла, чего бы мне хотелось. Вспомнился наш давнишний разговор с Беном. Это было через несколько дней после нашего возвращения в коттедж.
Мы уютно устроились в гостиной и смотрели какую-то романтическую комедию. Я сидела на диване, а Бен лежал, положив голову мне на колени. В кадре появилась невеста в белом платье.
Бен неожиданно спросил:
– Ты бы не хотела выйти за меня?
Я оторопела от такого вопроса и замешкалась с ответом. Парень, не услышав от меня ни слова, сел, чтоб лучше видеть мое лицо.
– Ты не ответишь? – улыбнулся он, но его глаза остались серьезными. Он, похоже, не шутил.
– Я не знаю, что сказать, – промямлила я.
– Ты не хочешь выходить за меня? – спросил Бен шутливо, однако, я видела в его глазах разрастающуюся тревогу.
– Дело не в том, что я не хочу за тебя выходить, – сказала я громче и увереннее, дабы развеять его сомнения и страхи.
Бен внимательно слушал, ожидая продолжения. Парень выглядел так, будто позвал меня на выпускной, а я ему жестко отказала. Я взяла его лицо в свои руки.
– Ну ты что? – сказала я, придвигаясь совсем близко к нему.
Я поцеловала парня. Он ответил на поцелуй, хотя его движения были скованными.
– Дело в том, что я не уверена, что это необходимо, – честно призналась я. – Выходить замуж? Какой в этом смысл? Жениться, потому что у нас будет ребенок, это как-то пошло…
– А жениться потому, что я люблю тебя? – спросил Бен. Его голос и лицо были серьезными как никогда.
– Бен, я тоже тебя люблю, но я правда не понимаю, зачем нам жениться. Это старомодный обряд людей. Венчаться в церкви бессмысленно, учитывая, кто мы. Да и будучи человеком я никогда не была особо религиозной… А расписываться еще бессмысленней. Тем более тебе придется идти в ЗАГС с поддельным паспортом, где будет другой год рождения. Зачем нам это? – я засмеялась, пытаясь перевести все в шутку, но Бен остался серьезным.
Я и предположить не могла, что это может быть для него так важно. Все эти рассказы про его непостоянность, похождения, роман с невестой брата и на тебе. То, как он отреагировал на известие о моей беременности, а теперь это… Он не переставал меня удивлять.
– Ты правда хочешь жениться на мне? – спросила я.
– Я не знаю, – наконец искренне рассмеялся Бен, его глаза повеселели, снова стали теплыми, в них запрыгали звезды-васильки-астероиды. – Я просто подумал… Ты мне так дорога. То, что я чувствую к тебе, я раньше ни к кому и никогда не испытывал, – Бен даже немного смутился и отвел глаза в сторону. – У нас будет ребенок. Никогда не подумал бы, что скажу это, но я хочу быть самым лучшим отцом. И я хочу быть всегда с тобой, чтобы у нас была семья. И вот я подумал, если мы поженимся…
– А что изменится? – спросила я, гладя парня по щеке и целуя. – Я буду любить тебя так же, как прежде.
Бен улыбнулся.
Он тогда так и не смог мне объяснить, что изменится. Какая же я была дура! Упрямая идиотка! Взращенная мамой ненависть к свадьбам, видите ли, во мне взыграла.
Да, свадьба ничего не меняет и не дает никаких гарантий. Но она все же означает, что вы становитесь семьей. Плевать на общественное мнение и людские обряды. Свадьба – это обещание двух людей, которые любят друг друга. Это манифестация их чувств и серьезности намерений. Делая мне предложение, Бен открыл свое сердце. Показал, что наши жизни отныне связаны навсегда, а я посмеялась над ним и отвергла этот жест.
Наверное, этот очередной приступ паники вызван тем, что Бен даже ни разу не увидел Райана. Если бы он это сделал, я бы сейчас чувствовала нас семьей. А так… Бен оторван от нас, я даже не знаю, все ли с ним в порядке.
Как же я хочу увидеть Бена! Как же я скучаю! Мы скучаем! Малыш, я уверена, тоже чувствует потерю… Где же ты?
Я смотрела на личико спящего Райана и молчаливые слезы катились по моим щекам. Впервые в жизни я почувствовала себя такой одинокой. Такой потерянной и безнадежной в своем бессилии. Если бы не малыш, я бы сошла с ума. Но я не могла, ради него мне нужно было сохранять рассудок… Я успокоилась после нескольких минут тихих рыданий и закрыла глаза просто пытаясь ни о чем не думать.