Наконец я осмелилась открыть глаза. Прямо надо мной было испуганно-виноватое лицо Лиана.
– Лучше? – спросил он.
– Да, – ответила я, – что со мной случилось?
– Такое бывает с молодыми энпирами. Сегодня новолуние, ты давно не пополняла силы, а у тебя был насыщенный день. Я думаю, ты перетрудилась, – он покачал головой, а потом продолжил таким голосом, как будто он совершил какой-то непростительный поступок, – Прости, это я виноват, надо было следить за тобой лучше. Нельзя было позволять тебе перенапрягаться в такой день.
– Да что ты, – ответила я, слабым голосом, не в силах больше выслушивать его самоистязания, – все хорошо. Я сама виновата. И к тому же я не чувствовала усталости, просто сидела и вдруг поняла, что у меня нет сил даже держать спину прямо.
– Так бывает в первые несколько месяцев, – ответил Лиан.
Я села в воде, мне показалось, что у меня кружится голова. Не думала, что когда-нибудь вновь это испытаю, ощущение не из приятных.
– Обопрись на меня, – сказал Лиан, не глядя мне в глаза. Он положил одну руку мне на талию и помог подняться.
Голова все еще кружилась, очень сильно. Но при этом в глазах не темнело, хотя должно было бы...будь я еще человеком. К этому времени к водопаду подоспели остальные.
– Что случилось? – испуганно спросила Ким, подбегая к нам.
– Спонтанный дефицит энергии, – ответил Лиан, все еще поддерживая меня за талию. Мы вышли на берег.
«Спонтанный дефицит энергии»? Это типа такой медицинский термин что ли? «Она слегла с острым приступом СДЭ». Откуда Лиан его взял? В его библиотеке завалялся энпирский медицинский справочник?
Лиан помог мне добраться до дома. Хотя мы находились очень близко друг от друга, ближе, чем когда-либо, я не была этому рада. Энпир совсем ничего не говорил и смотрел четко перед собой. Как будто ему было неприятно. Всем телом я ощущала, исходящий от него, холодок. А еще несколько часов назад его энергия была такой теплой, успокаивающей...
Лиан проводил меня в гостиную и усадил на диван. Рядом с обеих сторон сразу пристроились Ким и Мишель. Остальные сели по кругу, возле нас, кто на диван, кто на стул, а кто просто на пол.
– Наша энергия поможет тебе восстановиться, – сказала Ким.
Наткнувшись на виноватый взгляд ТиДжея, я опустила глаза. Волна неприятных воспоминаний нахлынула на меня. Я чувствовала на себе еще один взгляд, но боялась поднять глаза и встретить его. Может, его настроение опять изменилось? Вспоминались строчки известной песни: то горячий, то холодный. Хотя в моем случае: то враждебный, то непонятный.
Поведение Лиана было мне неясным, и это очень мучило меня. Такая моя реакция была не вполне понятной. Мои собственные чувства тоже оставались для меня загадкой. Лиан был однозначно мне симпатичен, но симпатия эта возникла не как следствие того, что мне импонировали какие-то его черты характера или действия, а как бы вопреки этому. Близость духа, что я испытывала к нему, была чем-то предопределенным, и словно появилась она ровно в тот момент, когда мы встретились, а не когда узнали друг друга.
Мои веки начали слипаться, я устало опустила голову на плечо Ким и закрыла глаза. Что же это такое? Я же энпир, бессмертная! И не должна чувствовать усталость! Мне казалось, что я сплю, в голове было как-то мутно.
За окном рассвело. С закрытыми глазами я могла сказать, что свет поменялся. Вдруг в моей голове возникла жуткая картина. Маленькая девочка стояла привязанной к дереву, из ее головы шла кровь. С ужасом я обнаружила, что знаю, где это находится.
Мои глаза распахнулись, я закричала:
– Бегите, скорее! Километр к югу от водопада. Девочка. Она умрет! Скорее!
Полсекунды все пребывали в шоке, но потом послушались меня. Мои глаза опять закрылись. Я медленно привалилась к спинке дивана, почувствовала, что кто-то поддерживает меня, но открыть глаза и посмотреть, кто это, не могла. Прошло несколько секунд, и мне стало лучше. Теперь я могла различить рядом с собой близость энергии Лиана. В коридоре послышались шаги, я повернула голову к двери.
– С девочкой все будет в порядке, – хмуро сказал ТиДжей, опускаясь в кресло напротив нас, – ее кто-то ударил по голове. Остальные отвозят ее в больницу. Вот, – сказал он, протягивая Лиану какую-то бумажку, – она держала это в руке.