– Так, все! – не выдержала Ким. – Не на что тут смотреть. Расходимся, ребята, – сказала она тоном, который не подразумевал возражений. Мишель потянула за руку Виктора. Джен разочарованно вздохнула. Рей пожал плечами, приобнял девушку за талию и увел на первый этаж.
– Я о ней позабочусь, – обратился к Ким Бен.
Блондинка кивнула, развернулась на каблуках и спустилась вниз. Было даже странным, что она, учитывая ее маниакальную потребность всех контролировать, позволила кому-то, кроме себя, этим заняться. Может, и правда до сих пор была обижена на Еву.
Бен аккуратно, почти беззвучно отворил дверь. Ева сидела на его кровати в позе лотоса. Увидев парня, она соскочила со словами: «Наконец-то ты пришел!».
Девушка налетела на него с поцелуями. Бен слегка опешил от ее напора и положил руки ей на талию, собираясь оттолкнуть. Девушка отпрянула.
– Не так быстро, ковбой, – сказала она с игривой улыбкой.
Оу, дело плохо. Насколько Бену было известно, по шкале ртутного опьянения приставания котировались на 8/10.
– Иди ко мне, – сказала Ева и потянула энпира к кровати.
Когда парень сел, девушка устроилась у него на коленях и снова стала целовать.
– Стой, – сказал парень, взяв ее за руки и отодвинув от себя.
Она смотрела на него с совершенно вменяемым выражением лица, растерянная и слегка смущенная.
– У кого мы были вчера в гостях? – спросил Бен, решив провести небольшой тест.
– Спроси лучше, у кого мы не были, – вновь улыбнувшись, произнесла Ева. – Мы не были у тебя, а теперь мы здесь, верно? Так зачем же зря тратить время на червей, если можно заняться чем-нибудь полезным, – сказала она, потянувшись к поясу его штанов.
– Перестань, – твердо сказал Бен и поймал ее руку. Он не собирался пользоваться ее состоянием.
– Почему? – с искренней обидой спросила Ева. – Я не нравлюсь тебе?
– Ты… устала. Я лучше пойду, – сказал парень, вставая. Энпирка поднялась следом.
– Нет, пожалуйста! Не уходи! – взмолилась девушка, хватаясь за его руку. – Не оставляй меня!
Ее голос дрожал, щеки пылали.
– Пожалуйста, – шептала она, – останься со мной.
Она прильнула к нему, положив голову на плечо. Бен не смог ей сопротивляться. Сейчас Ева вела себя слишком нормально и была такой беззащитной. Парень обнял ее и погладил по спине.
– Хорошо, я останусь, – прошептал он.
Ева крепче сомкнула кольцо рук на его шее, а потом обмякла в его объятиях. Она спала. Бен положил девушку на кровать, сам лег рядом, на самом краешке. Вдруг, девушка придет в себя, когда действие ртути еще не закончится… она может испугаться, если будет одна.
Я открыла глаза и прямо перед собой увидела Бена. Два голубых глаза смотрели на меня. Он был совсем рядом. В моей голове было слишком мутно для того, чтобы хоть что-нибудь сказать ему или поинтересоваться тем, что происходит. Я просто посмотрела на него и снова закрыла глаза. Возможно, если бы рядом со мной был кто-то другой, это вывело бы меня из этого полусознательного состояния, но его лицо рядом отчего-то очень успокаивало. Я устало вздохнула.
Оставаясь в сознании, я не открывала глаз. Голова была тяжелой, я была уверена, что не смогу поднять ее. Меня мутило, и во всем теле было неприятное ощущение, как при гриппе. Спустя несколько минут пришлось все-таки разлепить веки, чтобы хотя бы понять, где я нахожусь. Это была в небольшая комната. Рядом с кроватью стоял стеллаж с книгами и какими-то вещами: каучуковыми мячиками, деревянными бусинами, острыми одноразовыми лезвиями и еще какими-то мелкими предметами. На стуле рядом со стеллажом висела одежда. Возле кровати валялись подтяжки. У окна находился письменный стол, заваленный листками бумаги, карандашами и книгами.
Я боялась посмотреть Бену в глаза: мне было стыдно. Я никак не могла вспомнить, как оказалась здесь, да еще и вместе с ним. Мало ли что произошло, пока я была без сознания, причем, судя по всему, довольно длительное время. Человек преследовал меня утром, а теперь за окном уже вовсю светило послеобеденное солнце.
Бен молча смотрел на меня.
– Что случилось? Я помню только, что кто-то гнался за мной, а потом… ничего.
– Совсем ничего? – немного помедлив, спросил парень.
– Совсем, – ответила я. – А что? Что было?
На самом деле это был вопрос: «У нас с тобой что-то было?».
– Я вернулся из города, а ты была в моей комнате, в тебя выстрелили ртутью, ты была не в себе, – сказал он, – ты… я зашел сюда, а потом ты… меня… попросила остаться, – закончил он.