— Прямо в пещерах? — отозвалась с восторгом. — А ребята? Где они?
— Недалеко, — хмыкнул дознаватель. — Тоже будут в пещерах, но других. Так, что, ты согласна?
Естественно, я торопливо закивала, радуясь одновременно и скорому отдыху, и открывшейся возможности, и за хвостатого подростка тоже.
Я без труда перекинулась в ипостась. Моя жемчужная девочка никак не могла дождаться долгожданной свободы. Только вместо резкого подъема в воздух, она завертелась на месте, съежилась и закрылась крыльями, словно готовившийся ко сну маленький котенок.
— Превращайс-ся, — велела она господину Рею.
— Хорошо, — тепло, по-мальчишески улыбнулся Стоун, предпочитая не спорить с настырной и юной драконицей.
И снова перед нами предстал черный ящер. Боднув Бриаллину головой, он несколько раз прошел мимо нее, дотронулся, потерся, а потом позвал за собой.
Они оба взлетели. Носились над кронами как бешеные птицы, играя в догонялки. Конечно, Сэнфорд относился к ней с некой снисходительностью, но и нежности не скрывал. Поучал, как охотиться, как лучше летать, как меньше уставать.
Деля сознание с ящеркой, подумала, что со стороны они, наверное, выглядят как полные противоположности. Он большой, черный, строгий и мудрый. А она светлая, ослепительно белая, по сравнению с ним крошечная и неугомонная.
Оба долетели до первых каменных ступеней. Бриаллина устала, позволяя мне взять над ней верх. Рядом обернулся мужчина. Сделав вид, что ничего важного не происходило, и это не мы носились в небе, распугивая стаи пернатых, он взял меня за руку.
— Ты была в храмах в Дуабридже? — поинтересовался Стоун.
— Да, была, — я завороженно воззрилась на высокую арку, высеченную в скалах.
Сантиорцы, Рэйвенарцы, да и Ээранцы поклонялись одному пантеону. У нас была самая добрая, замечательная мать Ирисфель, покровительница любви, семьи, растений, природы, жизни в целом. Ее не менее знаменитый супруг Хорус, покровитель мудрости, интеллекта и знаний. И их дети: Хинир, помогавший воинам и ремесленникам, а также Каарис — богиня смерти. Как-то само по себе сложилось, что жители Сантиора больше преклонялись перед Ирисфель, Рэйверан перед Хорусом, а Ээран перед Хиниром. К Каарис относились одинаково, благоговели, но побаивались.
— Тогда ты ничему не удивишься, — повел меня за собой дракон. — Поверь, там очень красиво. В Дорогоне храмов, посвященных богине почти нет. Вряд ли удастся их посетить.
Следуя по бесчисленному количеству ступенек, я боялась оглянуться назад. Не вовремя у меня проснулся страх высоты, вызывая судорожное дыхание. Рей все почувствовал, но не сказал ни слова, замедлился, обнял и на протяжении всего пути поддерживал за талию.
Едва войдя внутрь, я задохнулась от восхищения. Неужели так бывает?
— Великие боги, как же красиво! — воскликнула я, отстранившись и пробежав несколько шагов.
Множество колонн поддерживали каменный свод. Пол выложили мраморными расписными плитами, в центре помещения установили фонтан, откуда бился источник. Всюду росли цветы, не простые, яркие, абсолютно не привычные для местного холодного климата.
— Мы здесь прогуляемся, Блейк, обязательно, — Стоун заговорил и что-то достал из внутреннего кармана пиджака, — но прежде я хотел бы объясниться.
— В чем? — с трудом отвернулась от мозаики на стене и обнаружила дракона, держащего браслет-артефакт... брачный артефакт.
Глава 2. Первое впечатление.
Блейк
При виде Стоуна с брачным браслетом я невольно попятилась. Не потому, что не хотела замуж, хотя... потому что не хотела замуж. Слишком быстро закрутились события вокруг меня, я еще в чувствах своих до конца не уверена, я академию не закончила, я понятия не имею, что делать с новыми силами, а он...
Словно почувствовав мое смятение, дракон успокаивающе произнес:
— Блейк, дыши и перестань нервничать. Я достал артефакт не для того, о чем ты подумала. — Говорил он довольно обиженным тоном.
— Ты не понимаешь, — залепетала я. — Ты... я... Рэйвенар, — мои мысли буквально отказались собираться воедино, и я несла полную околесицу.
— Нет, я как раз все понимаю, Блейк, — Стоун подошел поближе, взял меня за руку и подвел к фонтану, откуда бился источник. Мы оба присели, он печально на меня посмотрел. — Это не предложение...
— Не предложение? — изумилась я.
Отчего он тогда обижается? Это я должна негодовать.
— Блейк, — выдохнул господин Рей, — предложение я бы сделал тебе в Дуабридже. По всем правилам и обычаям Сантиора предварительно бы стал ухаживать за тобой, попросил бы дозволение твоего отца. Я ведь собирался, помнишь?