Самое то для серой… To есть бледно-розовой мышки, которая не хочет привлекать к себе внимания. Но Глория была в восторге.
Впрочем, как и Вероник. Ей достался подарок ла Вейна. Модистка назвала свое творение Ночная тень, и что-то мне подсказывало, что к названию приложил руку сам герцог. Крой был обычным: платье с длинным рукавом и скромным декольте, скрытым полупрозрачным батистом по самый подбородок. Секрет заключался в ткани. Темно-синий, почти черный атлас, вышитый разнокалиберными звездами. В зависимости от освещения они то оставались едва заметны, а то вспыхивали почти как настоящие. Счастливая Вероник кружилась перед зеркалом, любуясь переливающимися в свете свечей сполохами. Она то прикладывала к лицу маску, то отводила и строила глазки собственному отражению.
«Ну, чистая сорока», — невольно улыбнулась я. Хотя на мгновенье почувствовала укол зависти: это же надо было отказаться от такой красоты в обмен на невнятное предложение призрака. Но недостойные чувства быстро сошли на «нет», стоило мне вспомнить, что к этому великолепному платью на мне прилагались крайнее недовольство принцессы и пристальное внимание герцогских шпионов.
— Ваша светлость? — вывела меня из задумчивости непривычно смущенная Вероник. — С платьем было вот это. Но я боюсь его надевать. Упасите боги, потеряю.
И она протянула мне плоскую резную шкатулку. Я откинула крышку, и брови сами поползли вверх.
— Да… Это вам надевать действительно не стоит, — проговорила я, глядя на изящную серебряную бабочку на тонкой как паутинка цепочке. Ее крылья покрывала почти черная сапфировая крошка, которая при каждом движении вспыхивала многочисленными искорками.
Закрепив маски, счастливые девицы одна за другой унеслись. Я нарочно придержала Глорию и выпустила из комнаты сначала Вероник. Я боялась, что пугливая и стеснительная кормилица с перепугу застрянет где-нибудь в уголке, и подружки столкнутся в самый неподходящий момент.
Но опасалась я зря. Стоило только посмотреть, как Глория едва не вприпрыжку бежит к лестнице, ведущей на первый этаж. Стеснительность стеснительностью, но в жизни молодой женщины явно было слишком мало праздников, чтобы она позволила себе упустить хоть минуту одного из них.
— Лемок? — вполголоса позвала я, прикрыв дверь.
Никто не отозвался. На всякий случай я пристально, как учил покойный эльф, осмотрела всю комнату, даже в ванную заглянула. Но не обнаружила ни его, ни, к моему тайному облегчению, Густава.
— Ну и ладно, — проворчала я себе под нос, устраиваясь в кресле. — Что я на этих балах не видела? Вот подремать…
— Юная леди, — прозвучал над головой бархатный голос эльфа. — Нам пора.
— А может, не стоит, Лемок…
— О… — идеальная физиономия островитянина так разочарованно вытянулась, что мне на мгновенье стало стыдно. — Прошу вас… Доставьте мне удовольствие. Я так хочу увидеть прекрасную островитянку. Возможно, это случится в последний раз в моей нежизни.
— Ну, прекрасную не обещаю, — покачала головой я. — Но просто островитянку…
— Вы не пожалеете! — с восторгом воскликнул эльф, спланировав к двери.
Он привел меня в ту самую кладовку, в которой мы всего час назад расстались с ла Вейном. При воспоминании о герцоге меня снова кольнула совесть. А может быть, это было крыло сапфировой бабочки, которая сейчас висела у меня на шее. Самой себе я объяснила желание надеть украшение возможным визитом воров. Но в глубине души признавала, что своим подарком, если это был подарок, герцог ла Вейн идеально попал в мои вкусы, и мне просто не хотелось расставаться с прекрасной безделушкой.
Следуя указаниям эльфа, я открыла проход и пошла по уже знакомым коридорам за призрачным проводником. К моему удивлению, он привел меня в ту самую пыльную кладовку, где мы встретились впервые.
— Вы же отдаете себе отчет, что в этих ящиках могут быть только такие же пыльные и побитые молью тряпки, — осторожно уточнила я.
— Минуту терпения, моя леди. Положите руку сюда.
Лемок указал мне на ничем не примечательное место на стене. Пожав плечами, я сделала как было сказано. Какое-то время ничего не происходило. А потом… Глухая стена просто истаяла.
— Это как? — опешила я.
За всю мою карьеру воровки я ни в одной, даже самой богатой сокровищнице или тайнике не видела артефактов такого качества и мощи. Откровенно говоря, я вообще не подозревала, что такое возможно: артефакт, создающий осязаемую иллюзию такого размера.
— Прошу вас, моя леди, — с видом радушного хозяина склонился в поклоне эльф.
Послушавшись, я прошла в небольшую комнату.