- Выглядит безобидно, - подал голос Кит.
Он извлек из ящичка толстую пачку документов, завернутых в полиэтиленовый пакет, и достал из кармана джинсов пару медицинских перчаток.
- Куча финансовых бумаг, банковские распечатки, рецепты и бланки для анализов, - подытожил Рэй со своего места.
- И фальшивые деньги, - с озадаченным видом произнес детектив Вагнер, демонстрируя пачку долларовых купюр.
Бывший напарник вырвал у него бумаги.
- Тоже мне, эксперт-фальшивомонетчик. Давай-ка посмотрим, что тут. Антидепрессанты, седативные… анализ крови.
Он перевернул последний лист, вчитался в написанное, перевернул снова и поднес ближе к глазам - так, будто ему внезапно отказало зрение.
- Чей? - полюбопытствовал Кит.
- Их тут много. - Рэй оглядывал документы, покусывая ноготь на мизинце. - И они странные, Вагнер. Чертовски странные. Я должен взять это домой и рассмотреть повнимательнее.
Гарри сухо покашлял.
- Это проблематично, - сказал он. - Ты можешь посмотреть их здесь, банк работает до шести вечера.
- У меня клаустрофобия. Еще минута в этих стенах - и моя голова лопнет как переспелый арбуз.
- Не будь ребенком, Рэймонд. Это не твоя любимая конфетка и даже не машина, которую ты просишь у отца. Это частная собственность.
- Частная собственность моей покойной невесты, которая хранится в банке моего отца, которым, в свою очередь, управляет мой брат.
- Ты хочешь заполучить проблемы с полицией?
- Не нужно проблем. Кит арестует меня на месте.
- Иногда мне кажется, что ты не понимаешь слова «нет». - Гарри достал сотовый телефон. - Привет, Билл, это я. Джентльмен, которого я провел в комнату депозитарных ячеек…
Воспользовавшись моментом, детектив Вагнер забрал документы и вернул их в ящичек. Какая глупость пришла в голову этому неуемному существу сегодня?
- Ты расскажешь мне все, верно, Рэй?
- Я должен взять у Линды анализ крови. Если это то, о чем я думаю, мы приблизились к разгадке вплотную. Гипотеза звучит дико, но я решил, что больше ничему удивляться не буду.
- … да, Билл. Спасибо. Ты меня здорово выручил.
Спрятав телефон, Гарри в упор посмотрел на брата.
- Ты мой должник, Рэймонд, и вряд ли рассчитаешься в ближайшем будущем.
- У тебя отлично получается давить на совесть, продолжай в том же духе. Прямо так и забирать это добро, в ящичке?
- Мы даем клиентам кейсы для таких целей. Сейчас принесу.
Глава восемнадцатая. Линда
23 марта 1996 года, вечер
Треверберг
Еще утром Линда была уверена, что визит в полицейский участок, пусть и добровольный (хотя смотря с какой стороны посмотреть) - худшее, что может случиться с ней сегодня. Дамиан пропал. Принцесса пропала. Она обжигается о серебряные предметы. Плачет из-за ерунды. Почему бы не заглянуть к копам, в конце-то концов. Если уж Великая Тьма решила свести ее с ума, то сопротивляться бессмысленно.
Вампирша прождала полчаса на подземной стоянке центрального управления полиции Треверберга, дважды отвечала на вопросы тамошних охранников о том, что она тут забыла - «такси, офицер, я всего лишь водитель такси, а не вооруженный до зубов исламский террорист с поясом смертника» - и мечтала о стакане крепкого горячего кофе. В идеале - из «Уютного Треверберга», но и маленькая безымянная кофейня сойдет. Она согласна даже на бурду с непонятным вкусом и подозрительным запахом, которую готовят в магазинчиках на заправочных станциях. Но вместо этого мисс Линда Конли в течение часа колесит по Тревербергу, пытаясь объехать вечную «пробку» на центральном шоссе. Мисс Линде Конли нужно попасть в район Часовой башни. Таксисты ненавидели его лютой ненавистью - и из-за неудобного расположения, и из-за отсутствия ориентиров: ни табличек с названием улиц (и правильно, зачем они нужны? Жители района их знают, а другим без надобности), ни номеров на домах. Хорошо еще, что некоторые семьи додумались написать фамилии на почтовых ящиках.
Район Часовой башни находился в двадцати минутах езды от Первого моста, единственной дороги в старую половину Треверберга. Городской шум сюда не проникал, центральное шоссе располагалось достаточно далеко для того, чтобы оглушительные сигналы машин и вонь выхлопных газов не нарушали мирную и уютную атмосферу. Утром можно было слушать пение птиц и любоваться туманом, плывущим над рекой, а вечером сидеть в саду с чашкой чая или какао и смотреть на силуэты особняков в освещении газовых фонарей. Часовая башня в старой половине регулярно напоминала о себе мелодичным «бом-бом», и это привело первых жителей Треверберга в такой восторг, что они решили назвать район в ее честь. «Башня заброшена много десятилетий назад, а часы никто не подводит, но они точны как «Биг-Бен»!», - с энтузиазмом говорили маклеры из фирм по продаже недвижимости. Линда упорно не понимала, как кто-то может находить бой часов восхитительным, но пожить здесь хотя бы пару месяцев не отказалась.