– Вы не представляете, как сильно я вас ненавижу!
– Зато ты не представляешь, что сейчас творится в голове у старухи!
«Почему же, прекрасно представляю!» – глядя в отражение, подумала я, недоумевая, почему не сработал амулет. Я наблюдала за иллюзией вместе со старухой, и меня неподдельно мутило из-за потоков крови и кусков отрывающейся плоти… якобы моей. Неужели рыжая солгала и камень защищает не от всех чар?
Когда Ингварт нанес последний удар, я обессиленно замычала и наконец-то расслабленно упала на стойку, якобы потеряв сознание. Занавес.
Мое мнимое наказание было закончено.
Глава 9
Обессиленная, я рухнула на пол только после того, как захлебывающуюся восторгом старуху выпроводили вон. Она не просто не хотела уходить, но еще и, вытащив из-за пазухи стеклянный пузырек, попыталась собрать капли моей несуществующей крови с белого пола. Быстро сориентировавшись, Северия отвлекла старуху чашечкой шоколада, а потом проводила за дверь, да так ненавязчиво, что ведьма вспомнила о пустой склянке, только когда оказалась на улице.
Эварт откинулся назад, закурил и с насмешкой пустил клубок едкого дыма в потолок под неодобрительным взглядом Ингварта.
– Давно мне не было так весело…
– Рада, что удалось разбавить твои унылые будни! – огрызнулась я, придерживая разорванную футболку на груди и убеждаясь, что веревки, впивавшиеся в мои запястья, были частью иллюзии. Интересно, если Эварт внушит, что я умираю, убьет ли меня обманутый мозг?
– Если вы, мисс Воронина, еще не передумали наведаться в Эфир, то жду вас через десять минут. – Мистер Локхарт скользнул взглядом по моему трясущемуся телу, зареванному и опухшему лицу, всклокоченным волосам, местами измазанным кетчупом, и снисходительно добавил: – Через пятнадцать. У вас есть пятнадцать минут. В противном случае, можете остаться в своей комнате.
Я прищурилась и обвиняюще прохрипела ослабленным голосом:
– Вы знали, что старуха вернётся. Почему не предупредили?
– А должен был? – невероятно спокойно спросил мужчина.
Я сердито ухмыльнулась:
– Вам, наверное, просто доставляет садистское удовольствие лупить девушек. Не удивлюсь, если из-за этого у вас большая текучка на работе. Хотя, судя по Северии, – я глянула на раскрасневшуюся красавицу, которая суетилась, убирая беспорядок, – ее все устраивает.
– Вы неправильно расценили мой жест благородства, мисс Воронина. Ищете скрытые мотивы там, где их просто не существует. – Ингварт скрестил на груди руки и подался вперед.
– Да? А мне показалось, что вы были бы больше удовлетворены, если бы у вас в руках оказалась настоящая плеть. Ведь на пустом месте такое шоу не устроишь. Как сказала старуха, это ваши правила для провинившихся, на которых зиждется ваша репутация.
– Ох, мисс Воронина, какой же вы еще ребенок! – упрекнул меня мужчина, потирая гладко выбритый подбородок.
– Нет, ну правда, неужели было сложно предупредить заранее, что карга вернется и наверняка попросит кровожадного возмездия?! Неужели нужно было доводить меня до истерики и потери сознания, чтобы пустить пыль в глаза этой ненормальной?! Мне вообще с трудом верится, что вы могли испугаться какой-то развалины и пойти у нее на поводу! Неужели нельзя было выпроводить ее, как мистера Гломса, который в попытке завладеть Полиниными часами чуть не оторвал мне руку! Помнится, тогда вы не церемонились, – срываясь на крик, я обвиняюще ткнула в него пальцем. – И вообще, мне не ясно, почему ты, Эварт, – я подняла глаза, обращаясь к все еще дымившему за стойкой мужчине, – не задурил мозг старушенции без моего участия? Выдал бы ей самых красивых картинок и отправил в ад! Ведь все это случилось по вашей вине! – Я подавилась упреками: горло оказалось в огне, и меня накрыл приступ удушавшего кашля.
Ингварт стремительно оказался возле меня, сталкивая наши взгляды:
– Потому что, мисс Воронина, иллюзия, как бы хороша она ни была, имеет изъян, крючочки, если хотите знать, за которые можно легко зацепиться и выделить фальшь. Поэтому и понадобилось это маленькое шоу. Ведь иллюзию, положенную на реальность, уличить в изъянах невозможно даже опытной ведьме.
– Я не о том спросила, но раз вы не поняли, спрошу еще раз: зачем хищному зверю выделываться перед ишаком?
– А за тем, мисс Воронина, – лицо мужчины оказалось в опасной близости от моего, а глаза потемнели, поглощая мое отражение, – что эта ведьма имеет большой вес в обществе, – с невероятным усилием выплюнул он, сжимая челюсти, словно сдерживался из последних сил, чтобы случайно не сорваться и не переломать мне кости. – Меня бы очень опечалило, потеряй я хоть часть гостей из-за ее грязных сплетен.