– У Серого есть дача. Думаю, день-два мы сможем перекантоваться там и все хорошенько обдумать, – решительно произнес парень, заглядывая в мои потускневшие от усталости глаза, а после чуть мягче добавил: – Вареник, ты не представляешь, как я рад, что ты вернулась!
Мои губы дрогнули, и я робко улыбнулась, словно боясь спугнуть момент затишья.
– Ты уже звонил Серёге?
– Зачем? – Парень почесал щеку. – Это лишнее, ведь если я тебя правильно понял, эти нелюди не остановятся ни перед чем, чтобы тебя вернуть, раз ты у нас теперь артефакт девяностого уровня, – невесело заключил он, наверняка вспоминая какой-нибудь компьютерный шутер.
Я согласно кивнула.
– Не переживай, Серега нам простит одно выставленное окно. – Демьян отмахнулся от пышущего недовольством фейри, который все же соизволил показаться и теперь мельтешил перед нашими лицами.
– Глупые, глупые людишки, вам не убежать и не скрыться! Он уже идет за тобой! – Малюсенький палец ткнул мне в лицо, и я поспешила отмахнуться, чувствуя, как настроение стремится к нулю.
– Значит, пора уходить.
– Вам не выбраться без моей помощи! – заверещал фей и, как безумный, заметался по квартире. На миг замер, словно прислушиваясь к чему-то, а потом запищал на ультразвуке: – Он уже здесь! Смотри!
Фейри мгновенно прилип к стеклу, всматриваясь во что-то или в кого-то за окном, и мое сердце пропустило один глухой удар, отбирая способность дышать. Присоединившись к неугомонышу, я рассмотрела внизу человека в черном, который неспешно припарковал байк напротив нашего подъезда и, будто прогуливаясь в солнечный день, перешёл дорогу.
– Ну, и что? Это может быть кто угодно. – Я нервно пожала плечами, понимая, что обмануть себя не удаётся, и чувствуя, как липкий страх вновь забрасывает свои сети. Будто ощутив пристальное внимание, мужчина у подъезда замер, а после поднял голову, полоснув таким холодным взглядом, что я отшатнулась. Я не понимала, как, но расстояние в девять этажей и ливень за окном не помешали мне разглядеть полный презрения и ненависти взгляд Эварта.
– Уходим! – заверещал фей еще громче, напоминая звук пожарной сирены, и сомкнул свои ручонки на моем ухе.
– Не смей! – Я грубо отшвырнула пикси в сторону и затараторила, как безумная:
– Если он станет подниматься на лифте, мы воспользуемся лестницей, если пойдет по лестнице, то запрыгнем в лифт. Или, может, нам подняться выше? Дождаться, пока он зайдет в квартиру, а после тихонько спуститься.
– Варя, успокойся… дыши. – Демьян потянул меня в сторону выхода, доставая на ходу из кармана своей сумки оружие. – Не переживай, всё будет хорошо.
– Откуда это у тебя?! – Я с опаской покосилась на пистолет, не припоминая в прошлом подобной игрушки.
– Подарок, – безразлично бросил парень, проверив наполненность обоймы и перещёлкнув на гладком стволе предохранитель. Но, заглянув в глазок, не отворил дверь, а, наоборот, запер. В ту же секунду с той стороны на нее обрушился мощный кулак, да с такой силой, что дверь жалобно затрещала.
– Это он!
– Кто? – испуганно спросила я, вглядываясь в его лицо.
– Это точно он! – превозмогая волнение, произнес парень, но, видя мое замешательство, тут же пояснил: – Он был тем, кто сообщил мне, что ты мертва!
– Эварт? Он приходил сюда?
Демьян серьезно кивнул, нацеливая оружие на дверь, за которой раздался глумливый смешок с маниакальными нотками:
– О, вижу, жалкий неудачник обо мне вспомнил? Очень занятно.
За дверью чиркнула зажигалка, а следом в замочную скважину на уровне моего лица просочился клуб едкого сигаретного дыма, от которого я зашлась в кашле.
– Так это ты наврал Демьяну о моей смерти?!
– Ага.
– Но зачем?!
– А разве для веселья нужна причина? Знаешь, я упивался теми эмоциями, что вызывали мои картины в сознании этого ничтожества. Я получал ни с чем не сравнимое удовольствие от созерцания того, что его сознание ломается. Одно меня огорчало: то, что всего этого душевного перелома не видела ты. Я надеялся, что слизняк в первые же минуты выбросится из окна, но этот неудачник был слишком слаб, чтобы распрощаться с жизнью, – с безразличием констатировал Эварт, как я поняла, освобождая свои пальцы от сигареты и обрушивая на дверь очередной удар. – Открывай, если не хочешь, чтобы я свернул ему шею у тебя на глазах!