– Кого? – на выдохе спросила я, чувствуя, как волоски на шее встают дыбом.
– Свою беременную жену. Он возложил ее на жертвенный камень и пролил кровь матери и ребенка, скормив их души проклятым богам в обмен на возможность навсегда запечатать портал.
Глава 17
Это чудовищно!
Я стояла, припечатанная новым знанием, словно наковальней, не отрывая взгляд от Калиссы, которая не спешила покидать ледяное озеро. Одно дело оправдывать безумство, безрассудство и сумасшествие Ингварта, уговаривая себя, что оно навеяно чужеродной сущностью, а другое – пытаться оправдать извращенную жажду мести, ради которой он пожертвовал самыми близкими людьми.
Я представила рыжую девчонку, молодую и наивную, горячо любившую парня с пронзительными синими глазами, и мне стало больно, больно за то, что ей было уготовано. Неужели она не понимала, что с ним что-то происходит? Неужели не видела поселившееся в глазах безумие?!..
Фейри безмолвствовала, давая мне возможность все хорошенько осмыслить, а возможно, она просто потерялась мыслями в прошлом.
– Зачем вы мне все это показали?
Калисса вздрогнула, уставившись на меня своими блеклыми радужками:
– Хочу, чтобы ты понимала, с кем имеешь дело, когда отправишься в его логово.
– Что?! – Мой блуждающий взгляд вернулся к ее лицу. – Вы хотите, чтобы я вернулась в Эфемерию!? Чтобы он меня тоже убил?!
– Если бы Ингварт планировал тебя убить, то сделал бы это, – спокойно произнесла женщина, не запугивая, а просто уточняя.
– Почему же тогда не убил?
– Потому что тот, кто станет хранителем Ключа, подчинит себе Портал.
Я недоуменно тряхнула головой:
– А разве Портал ему не подчинятся? Вы говорите бессмыслицу.
– Не так, как Ингварт хотел бы. Как ты думаешь, зачем ему понадобилось создавать кафе, в котором питаются человеческими чувствами те, кого ты жгуче презираешь?
Я наморщила лоб и, сдуваясь, словно воздушный шарик, неуверенно произнесла:
– Чтобы поглощать их жизненную энергию, кормиться ею для вечной жизни?
– Отнюдь. Эта энергия питает не Ингварта, а древних стражей, которые не один век держат двери запечатанными. Если ты еще не поняла, то Ингварт – узник… Эфемерия – его тюрьма, а древние стражи – его надзиратели. Ингварту не покинуть ее и не скрыться. Он обязан служить тем, с кем связал себя кровавым договором.
Я опешила. Ингварт – раб?! А фейри – неужели они так глупы, что целенаправленно идут в кафе и добровольно меняют свою энергию на пустые чувства, дабы этой энергией он накормил каких-то там стражей, держащих Портал запечатанным?! Бессмыслица. Это как самозабвенно пилить сук, на котором сидишь...
– Ты слишком строго нас судишь, – спокойно и миролюбиво произнесла женщина. – Об этом знаем только мы с Табриисом.
– Но почему вы не расскажете другим? Они бы перестали туда ходить. А значит, в конечном итоге, проблема с Порталом разрешилась бы сама собой: нет питания – нет стражей, дверь отворилась – и все счастливы, ну, за исключением Ингварта. Но вам ведь это и нужно.
– Ты думаешь, мы не пытались? – Мне не было видно под платком, но, кажется, женщина хмыкнула. – Даже в нашем мире нужны доказательства, пустым словам уже никто не верит.
Ее пальцы начали перебирать по водной глади, словно по струнам.
– В любом случае, это уже не важно. Твоя сила настолько велика, что готова поспорить с самими древними. Не нужно на меня так смотреть, – мягко упрекнула меня женщина. – Ты это доказала, когда без особого труда открыла Портал. Твоя энергия могла бы питать древних очень долгое время. И Ингварт получил бы свободу.
Земля под моими ногами покачнулась, грозя меня уронить, но я удержалась, опираясь о ствол ближайшего дерева. Из горла вырвался то ли нервный смешок, то ли горестный стон:
– Так я – всего лишь батарейка для энергетических кровососов?!
Возможно, я не должна была чувствовать подобного, но ощутила острый укол предательства, странное давящее чувство, которого априори быть не должно, особенно после обрушившихся на меня знаний. Но побороть это было сложно. Теперь брошенные хозяином кафе слова насчёт того, что я принадлежу Эфемерии, обрели смысл.
– Мне жаль.
Я обернулась к женщине, сморгнув злые слезы.
– Жаль? Вам правда жаль?! А ведь ваш брат не лучше: ко всему прочему, он хотел сделать меня безмозглой марионеткой для сексуальных утех! Еще не понятно, что в этой ситуации хуже: стать батарейкой или превратиться в овощ, безропотно выполняющий его приказания!