– Эй, здесь есть кто-нибудь? Северия? Мистер Локхарт? Эварт?
Но ответом было лишь завывание ветра за замызганными панорамными стеклами и похлопывание неприкрытой двери на заднем дворе.
Испытывая какое-то зловещее, давящее предчувствие, я на цыпочках зашла за стойку, заглянула на лестничную площадку и в кухню, и, не найдя присутствия хозяев, решила попробовать дернуть запретную дверь, ведущую к порталу. Я воровато огляделась и, не теряя времени, подошла и дотронулась до блестящей ручки. Затаила дыхание и осторожно потянула ее на себя.
Через мгновение я разочарованно выдохнула: дверь не поддалась. Зато за спиной я услышала надтреснутый голос, полный ледяного спокойствия:
– Мисс Воронина?
Глава 19
Я сорвалась с места и кинулась мужчине на шею, крепко сжав его в своих объятьях.
– Я верила… я знала, что ты жив! Хотя, по правде сказать, испугалась… нет, не того, что ты был под контролем чудовища, я боялась, что Северия тебе навредила. Прости, что сбежала и оставила тебя одного… Я не понимала, что делаю. Страх – он такой: туманит разум. Но я так тосковала… – Мои руки спустились ниже, все еще обнимая, а щека прижалась к мужской груди, где, в отличие от моего, мужское сердце подчинялось мерному и спокойному ритму. Слишком мерному, а значит – безразличному.
Я отстранилась, заискивающе заглядывая в сероватые радужки и игнорируя внимательный взгляд и скептически приподнятую бровь, хотя угадать, что это скепсис, было сложно: возможно, он обдумывал мои слова, в которые я вложила столько искренности, что можно было обелить самого дьявола. Плевать, что он думает и как смотрит сейчас, главное – как он будет смотреть на меня через несколько дней. Я надеялась, что у меня есть эти несколько дней, вернее, у Полины, поэтому, увидев, что его губы разомкнулись, приложила к ним палец, не давая произнести ни звука. И почувствовала, как от этого легкого прикосновения голова Ингварта дернулась.
– Прости… Я больше не буду бояться, я знаю, что ты не хотел причинить мне вред и не причинишь.
Подбадриваемая адреналином, я собрала все свое мужество и волю в кулак и сделала шаг с обрыва, который при обычных обстоятельствах не сделала бы никогда. Я поцеловала монстра, убивающего мою сестру. Невинное касание губ, длившееся не больше секунды, но повергнувшее мужчину в шок. Он хотел это скрыть, но я все же заметила, как изменился взгляд, как дернулись скулы, как заходили под ними мышцы.
Да, такой же бесхитростный план, что был применен к Табриису. Но, в отличие от пустоголового фейри, который был пойман в момент слабости, в Ингварте я не раз замечала интерес к своей персоне. Интерес, когда впервые ему улыбнулась. Когда сказала спасибо на его обещание найти Полину. Когда меня мучили страхи, и он бережно унес меня по ступеням наверх, а после, я уверена, сидел рядом и охранял мой беспокойный сон. И, конечно же, тогда, когда сам впервые меня поцеловал, чтобы якобы привести меня в чувство там, в Эфире, при виде чудовищ, но я помнила ту нежность и трепетность, что подарили мне его жаркие уста. Не важно, что он говорил после и каким безразличным выглядел. Я смогла уловить разницу и понять, что он позволил себе лишнее. Но и это были мелочи по сравнению с тем, когда, будучи чудовищем, показал свою слабость и бросил «моя!», словно озвучив свои потаенные мысли.
Это давало мне власть и силу, которую я могла и собиралась использовать так же цинично, как он мне врал.
Возможно, с моей стороны было глупо надеяться провести древнее существо, потерявшее душу, но я не теряла надежды.
Не получив больше никакой реакции, я легонько провела пальцами по его гладкой щеке и в смущении отступила, как бы скрывая счастливую полуулыбку.
– Надеюсь, пока меня не было, вы не сдали мою комнату, мистер Локхарт? – Я нервно хихикнула и направилась к лестнице, стараясь игнорировать взгляд, прожигающий мой затылок. И только когда дверь за моей спиной закрылась, я громко выдохнула и устало опустилась на пол, хватаясь за голову:
– Боже, что я творю?!
– А что ты творишь, Варвара?
Я вскрикнула, уставившись на темный силуэт, вальяжно раскинувшийся на моей кровати.
– Что ты здесь делаешь?!
– То же самое хотелось бы узнать у тебя, – язвительно протянул Эварт, вглядываясь в меня с преувеличенным вниманием. – И почему ты одна? Где твой верный песик… как его? Дурьян?
– Демьян! – окрысилась я, поднимаясь на ноги. – Я устала и хочу отдохнуть. Проваливай!
– Ух, ты! – Эварт резко вскочил и оказался возле меня.– У мышки прорезались зубки?
Его руки схватили меня за грудки и припечатали к стене, вышибая дух:
– Что, друзья-феи тебе быстро наскучили?