ужасом воскликнул я, уставившись на своего наставника.
— Порталами, как же ещё, — не то пошутил, не то ответил всерьёз Тэтсуо. — Наше дело
за два часа успеть стереть или хотя бы замаскировать следы сил у цели, если они
вообще будут, и это не было единственной и случайной вспышкой. Такое случается даже
у самых замшелых и неспособных людей. Кстати, твой завтрак на заднем сидении.
Угощайся.
И замолчал, словно больше ничего особенного мне знать было не нужно. Пожав плечами, я извернулся и взял с заднего сидения объёмный бумажный пакет, в котором обнаружил
пластиковый стаканчик, исходящий ароматным кофейным парком, а также несколько
весьма аппетитных сэндвичей.
— Ты знаешь, как меня подкупить, — добродушно проворчал я, принимаясь за завтрак, а
Тэтсуо негромко хмыкнул и приподнял уголок губ.
Ещё некоторый отрезок пути мы проделали в молчании. Я вдумчиво жевал и слушал
музыку, заткнув уши наушниками; Сато, похоже, и вовсе не был заинтересован в
продолжении разговора. По крайней мере, лицо его оставалось таким же пустоватым и
бесстрастным. Впрочем, когда вокруг начали показываться знакомые улицы и дома, я
несколько очнулся от ступора, в который погружался всякий раз, как оказывался в
машине, но не за рулём.
— Это что, Сибуя? — пробормотал я, вытаскивая наушники из ушей. Надо сказать, я
почти забыл, как выглядит Токио.
— Да, — кивнул мужчина, мельком глянув на меня. — Тебе надо куда-то заехать?
— С чего ты взял? — я постарался подавить растущую в животе ледяную глыбу.
— У тебя обеспокоенный вид, — как на само собой разумеющееся указал он.
Я отрицательно качнул головой и опустил взгляд на свой телефон. Зная моё везение, я
вполне мог натолкнуться на семью или, что ещё хуже, на Мика, или наших общих
знакомых. Нервозность моя начинала зашкаливать, и я поспешил снова закурить, с
удовольствием затягиваясь и прикрывая глаза. Возможная перспектива пересечься с
ними казалась мне даже ужасающей. Мне хотелось попросить его развернуться и забыть
про предполагаемое дело, но я понимал, сколь ничтожны для него будут мои
переживания, и постепенно начал успокаиваться.
— Каков план действий? — поинтересовался я, когда трещины на скорлупе спокойствия
разгладились и перестали напоминать о себе.
— Побродим по Ёёги, — пожал плечами Тэтсуо, — она там часто гуляла с собакой, и
даже после её смерти заглядывает сюда каждый день.
— Чёрт побери, вы что, за каждым следите? — меня передёрнуло. — Отвратительно.
— Возможно ты удивишься, — помедлив, проговорил Тэтсуо, — но аутсайдеры тоже следят
за особыми случаями.
— Например?
— Ты. — Поймав мой бешеный взгляд, мужчина пожал плечами. — Точно, ты же не в
курсе. Андреа Акио — дочь весьма влиятельной шишки. И эта шишка ни за что бы не
выпустила из-под своей пяты наследников. Я удивлён, что ты и твой брат до сих пор
здесь.
— А что могло случиться? — ледяная глыба внутри меня всё росла, замораживая даже
самые крохотные и недоступные участки.
— Ты действительно хочешь знать?
— Иначе бы не спрашивал.
— Ну, сначала бы к вам в гости заглянула особа в белых или чёрных, что скорее
всего, одеждах. Предложила бы пойти с ним или с ней. После отказа все, кроме
объекта интереса, были бы убиты, а он сам, так или иначе, оказался в нужном месте.
Ему бы стёрли память или изменили на более выгодные частицы, да так, что он бы и
сам не заметил подвоха. И началась бы новая прекрасная жизнь без сожалений.
Я скривился и уставился в окно, пытаясь подавить неприятно колющее ощущение в
желудке, близкое к тошноте. Сигарета медленно тлела, и жар её почти касался моих
пальцев, вынуждая вернуться к реальности.
— И что же, мы должны поступать точно так же?
— Мы не убиваем их, — спокойно кивнул Тэтсуо, даже не глядя на меня и не отвлекаясь
от дороги, словно это была самая обыкновенная беседа за чашечкой чая.
— Меня сейчас стошнит, — поделился ощущениями я, затушив сигарету кончиками
пальцев. Боль обожгла, отрезвляя, но почти сразу ожог растворился, исчезнув, не
оставив о себе ничего, кроме короткого воспоминания. — Спасибо.
— За что? — брови мужчины медленно поползли вверх, он даже соизволил перевести на
меня взгляд.
— Это было не тебе, извини, — я стушевался, невольно почувствовав смущение. Обычно
я не доходил до того, чтобы при ком-то обращаться к своему спутнику. А вот
искреннее любопытство в глазах Тэтсуо стало для меня приятным бонусом. — Не обращай
внимания, я со странностями.
— Это то, о чём я думаю? То, что призвал Тори? — он смотрел на меня почти что
жадно, и мне стало не по себе, но я всё же кивнул. — Поразительно, но я не ощущаю
его присутствия. Интересно, что он сделал?
— Кроме того что продырявил меня три раза? Даже не знаю.
Пусть пока что наличие такого помощника было для меня исключительно полезным, и я
даже закрывал глаза на его нередкие ехидные комментарии, но вот момент его
приобретения всё ещё оставался для меня болезненным воспоминанием. Я понимал, что
ни за что бы не позволил Тори сделать что-то подобное с собой, и его
предосторожности были оправданы. Однако же каждый раз вспоминая, как он легко меня
вырубил, с какой небрежностью вскрыл мою грудную клетку и едва не убил, я
чувствовал себя как никогда никчёмно. Мне бы и не пришло в голову обвинять
некроманта в содеянном. Единственным, кого я винил, на кого злился, был я сам. Не
то чтобы я считал свои инстинкты великолепными, но прежде я не попадал впросак
таких размеров, если не считать отца. Если мне что-то грозило, я знал об этом
заранее и успевал подготовиться, но тот раз ясно дал мне понять, что грош им цена.
И теперь у меня была новая цель — выдрессировать себя, отточить те умения, которые
я получил за время пребывания у Тори.
— Я говорю не о нём, — после недолгого молчания произнёс Сато, закуривая, — а о
твоём, скажем, спутнике. Не хочу хвастаться, но обычно мне удаётся почувствовать
присутствие таких, как он.
— Передай ему, что он ещё не дорос до моего уровня, — ухмыльнулся дух, и я сделал, как он сказал.
Лицо Тэтсуо вытянулось. Он окинул меня странным взглядом, будто пытался понять, шучу я или говорю всерьёз. Не знаю почему, но я ухмылялся совершенно диким образом: подобный щелчок по носу Сато казался мне отличным началом дня. Он припарковался
неподалёку от парка, а дальше мы шли пешком. Кофе в стаканчике был ещё тёплым, когда я допивал его, бредя рядом с Тэтсуо. Надо сказать, со стороны мы должны были
выглядеть если не странно, то весьма забавно. Двое мужчин, прогуливающихся по парку
в шесть утра. И даже без собаки. Заметив мою лёгкую нервозность, Сато тихо хмыкнул:
— Люди, гуляющие в таких местах, стараются держаться подальше друг от друга, а не
сбиваются в толпы. С утра пораньше и поздно вечером это играет нам на руку. По
крайней мере, мне не придётся разглядывать целую толпу.
— Кем ты был?
— Не понял?
— До того как тебя изгнали. Расскажи!
— Нет. Мне запрещено.
Я почувствовал себя как мальчишка, которому показали конфету, но тут же спрятали
её, так и не дав не то что попробовать, но даже в руках подержать. Более того, я
даже обиделся. Спрашивать у Тори, что же было там, я отчего-то не рисковал, а
Тэтсуо казался мне тем, у кого может получиться отличный рассказ. Я полагал, что уж
он-то не откажется приоткрыть завесу тайны.
— Тебе не кажется, что отнимать у них способных людей куда как больше противоречит
правилам, чем рассказ? — проворчал я, отправляя пустой стаканчик в урну, а затем