Может быть, Агата права и Катерина меня ненавидит… Вот только за что? Я не насиловал ее, не принуждал к сексу. Она была в праве сказать мне нет, но сама текла на мои пальцы. И как же одуряюще пахло ее возбуждение!
Член напрягся от настойчивых ласк. Все остальное плавно отошло на второй план. Кроме твердой уверенности в том, что мы с Катериной еще встретимся и поговорим. Я не буду ворошить прошлое, но все же очень хочу знать откуда в ней столько ненависти.
Глава 4
Катерина
- Ты была с Эриком слишком груба. Мне стоит еще раз напомнить, что зависит от твоей покорности? – За закрытыми дверями Маркус быстро сбрасывает маску заботливого мужа. Ему вообще не знакомо это понятие, потому что все, что его по-настоящему волнует в этом мире, он сам.
- Считаешь, мне нужно было оттаскать его спутницу за волосы, а потом отсосать прямо посреди залы? – Мне сложно удержаться от сарказма, пусть за ним и последует наказание. Конечно, не здесь, где слишком много посторонних ушей. Дома, в супружеской спальне.
- Если ничем другим ты не способна его заинтересовать, то могла бы и пустить в ход рабочий ротик. Я не зря потратил время на твое обучение. Минет в твоем исполнении все еще остается лучшим.
- Вот только Эрик по своей натуре охотник. Ему не интересно, когда добыча с разбегу прыгает на него и предлагает себя сама. Моя тактика поведения максимально продуктивная.
- Посмотрим. Только не забывай, что мне нужен результат, а не твои потрахушки с бывшим по старой памяти. Я не потерплю банальных бессмысленных рогов.
Он с мягкой улыбкой открывает передо мной машину и помогает устроиться на сиденье. Для всех окружающих Маркус предстает в образе любящего супруга, и лишь единицы знают, какое он чудовище за закрытыми дверями. Жаль, что эти люди настолько ему преданы, что перешагнут через мой истерзанный труп, если это будет нужно их кумиру.
Мой муж не в меру хитрый и продуманный человек. Если он займет место Эрика и станет владеть Северной Европой, то это не закончится ничем хорошим. Особенно принимая во внимание ту незначительную деталь, что убрать конкурента Маркус хочет моими руками. И я вынуждена подчиниться, иначе не смогу вырваться на свободу из этой клетки.
Вот только если всплывет вся правда, то полетит моя голова. Подлец все предусмотрел и имеет все пути отхода. Ему плевать, что станет со мной, лишь бы заполучить проклятый титул, а я готова на все, чтобы сбежать с моим малышом туда, где нас никто не найдет и не достанет. Мир большой, даже если Россия станет для меня навсегда недоступна, мы найдем для себя уголок.
- Я сделаю все, что от меня потребуется, если получу обещанную свободу. Мы с тобой заключили договор, и я надеюсь, что ты об этом не забудешь. – Мне было неприятно находиться с ним так близко, но приходится терпеть, стиснув зубы. – Сегодня ты позволишь позвонить Александру?
- Хочешь разбудить ребенка в полночь? Какая же ты тогда мать! – Он расплывается в довольной улыбке, не теряя возможности в очередной раз меня уколоть. Я и без него чувствую себя паршивой матерью, потому что так и не смогла отстоять право самостоятельного воспитывать своего сына. – Не переживай, позвонишь завтра. Тебе же нужен маленький стимул закончить все побыстрее.
Мне нечего возразить. Маркус и без моих оправданий и объяснений знает, где мое слабое место. Ему нравилось держать меня на коротком поводке, заставляя делать грязные и ужасные вещи ему на потеху. Все начиналось достаточно безобидно. Муж заставлял меня вульгарно одеваться, склонял к сексу в общественных местах. Никогда не забуду, как мне пришлось орально ублажать его прямо в ресторане, пока тот неторопливо общался с официантом. Я расплачивалась телом за возможность видеться и общаться с собственным ребенком. Никому не пожелаю оказаться в такой ситуации.
Но со временем ему становилось мало. Он искал другие возможности макнуть меня в грязь. Череда любовниц, которым мне пришлось прислуживать, оргии, за которыми мне приходилось наблюдать. Дело дошло до того, что в благодарность за верную службу Маркус позволял своим шестеркам меня трогать, правда не допуская ничего излишне интимного. То есть щипать меня за соски было можно, но лезть в трусики нельзя. Вот только я не позволяла ему наслаждаться своей реакцией и терпела все домогательства с каменным лицом. Хотя думаю, что скоро дошло бы и до того, что муж начал подкладывать меня под других мужчин в отчаянно попытке сломать меня, как личность. Если бы не смертельная болезнь Свена.