Так они зашли внутрь. Оливия никак не могла понять, где они находились: в здании было тепло и шумно; где-то в углу по телевизору показывали футбольный матч с криками спортивных комментаторов, что навевало неприятные воспоминания об отце. Повсюду переговаривались какие-то люди, слышался радостный лепет детей и даже ликование болельщиков.
Наконец, когда они поднялись на второй этаж, вновь послышался голос Тома.
— Готова?
Девушка лишь неуверенно кивнула и, когда мужчина отнял руки от её лица, разместив их на плечах, чуть было не ослепла от невероятно яркого освещения. Когда же глаза привыкли, Тейлор сумела разглядеть огромное помещение, похожее на заледеневшее поле.
Спортивный комплекс!
— Каток? — искренне поразилась Лив.
— Да! — радостно хлопнул в ладоши шатен. — Я подумал, было бы неплохо развеяться. В конце концов, ты проделала тяжёлую работу: подготовила доклад, выступила на конференции. Тебе нужно отдохнуть.
— Да, это верно, — смущённо улыбнулась светловолосая, поддерживая инициативу мужчины.
— Надеюсь, ты не сильно расстроилась, когда первое место дали этому несносному…
— Нет! — прервала его Тейлор. — Нисколько! Я получила сертификат и рада этому. Теперь я смогу уехать в Сиэтл. Спасибо вам за эту возможность!
Взгляд Томаса мгновенно смягчился. Ещё некоторое время он смотрел прямо в её глаза. На какую-то долю секунды Лив даже показалось, будто что-то могло опечалить его.
— Ну конечно, — понимающе кивнул шатен. — Ты так добра.
Смутившись, светловолосая лишь неопределённо пожала плечами.
Вскоре, когда Том оплатил билеты и прокат коньков, они вместе вышли на лёд.
Раньше Лив никогда не была на катке: она совершенно не умела кататься ни на коньках, ни на роликах, ни на скейтборде, что был так популярен среди сверстников, ни даже на велосипеде. Откровенно говоря, с равновесием у девушки были явные проблемы.
Именно поэтому, когда острое лезвие на подошвах её коньков впервые коснулось гладкой поверхности льда, Тейлор едва не упала, тут же схватившись за бортики стадиона.
— Ты идёшь? — счастливо рассмеялся Томас, грациозно проехав чуть ли не до самого центра катка.
Он стоял на коньках абсолютно уверенно, без какого-либо намёка на незрелость в фигурном катании.
— Что-то я пока сомневаюсь, — покачала головой светловолосая, — доползти, да, смогу… А вот дойти…
— Да брось!
За долю секунды шатен приблизился к Оливии и, аккуратно взяв ту за руки, покатил за собой.
Тейлор кое-как удавалось оставаться на ногах, которые и без того норовили опрокинуть свою хозяйку навзничь; руки в шерстяных варежках чуть ли не выскальзывали из ладоней мужчины, но к счастью, тот бы ни за что не позволил этому случиться. Неосознанно Лив даже начала тихо верещать от приятного волнения и тяги внизу живота, пока Томас быстро-быстро тянул её за собой по кругу, громко хохоча.
— Ну как ты? — наконец остановился он, воодушевлённо глядя на светловолосую.
— Сложно сказать! — на выдохе отозвалась Лив, судорожно пытаясь отдышаться, не в состоянии сдержать широкую улыбку от уха до уха. — Разрываюсь от лавины эмоций!
— Но все они положительные, ведь так?
— Да, — заговорщически прищурилась девушка. — Конечно!
— Отлично! Ещё кружок?
— А может постоим?
— Ни за что!
— Хорошо, но только не отпускайте меня!
— Никогда не отпущу. Обещаю.
Спрятав смущённую улыбку за тёплым шарфом, Оливия всё же покрепче схватилась за руки преподавателя, и они вновь принялись кружить, ловко минуя детей, державшихся за специальные опоры в виде пингвинят, улыбающихся парочек и недовольных подростков, пришедших на каток вместе с родителями.
В какой-то момент девушка забылась, отвлёкшись на счастливые глаза Томаса, и за долю секунды чуть было не упала навзничь, зацепившись лезвием за миниатюрную ямку во льду. Но к счастью, мужчина сумел быстро сориентироваться, крепко прижав светловолосую к себе, так что они едва ли не касались кончиками носов.
— Я такая неуклюжая, — только и успела пропищать Оливия.
Мистер Хиддлстон лишь улыбнулся, будто бы умилившись.
— Мне это даже нравится.
Наконец отстранившись друг от друга, они неловко рассмеялись.
Лив ещё никогда не чувствовала себя такой счастливой. Впервые за всю её жизнь всё складывалось хорошо, и впервые девушка чувствовала себя любимой.
Именно тогда — в стареньком спортивном комплексе, в окружении совершенно незнакомых людей, когда неожиданно в помещении отключили свет, и загорелась красочная подсветка подо льдом, когда из динамиков заиграли рождественские песни, Лив ощутила настоящий уют.