— Сэр, — приветственно протянул мужчина, — вызывали?
И тогда он увидел заплаканное лицо Лив, покрытое глубокими царапинами, из которых сочилась густая кровь, повернувшейся в его сторону.
— Боже мой! — искренне поразился шатен, тут же подойдя ближе и осторожно прикоснувшись к щеке девушки. — Лив, что произошло?!
— Мистер Хиддлстон, — грозно произнёс директор, — я бы попросил вас не трогать ребёнка. И присядьте на стул. Разговор будет долгим.
— Что случилось? — обеспокоенно нахмурился Том, глядя то на Мейсона, то на Тейлор, но всё же присел.
— Очень бы хотелось услышать ваше мнение, касаемо данной фотокарточки, — показал директор несчастный телефон.
Лив прекрасно видела ужас, моментально возникший на лице шатена. Это явно было неожиданностью для него.
— Всё не так! — вновь воскликнула Тейлор, тщетно пытаясь исправить ситуацию. — Я могу всё объяснить!
— Это не потребуется, — покачал головой Мейсон в ответ.
— Директор, — хотел было сказать что-то Том, но был прерван раздражённым шипением.
— Я хочу проверить кое-что! — вскипел мужчина, продолжая рыться в документах.
Наконец он вытащил горстку чеков, скрепленных меж собой металлическими скобами степлера, из одной из многочисленных папок.
— Смотрим, — на выдохе произнёс он и принялся перебирать аккуратно сложенные бумажки, вскоре найдя необходимую. — Ага! Чек за оплату проживания в гостинице Маунт-Вернона. Один номер на двоих!
Казалось, ещё чуть-чуть, и у директора случится сердечный приступ.
— Всё не так, как выглядит! — судорожно завопила светловолосая, зарыдав пуще прежнего.
— Лив, думаю, тебе лучше подождать в приёмной, — спокойно отозвался Томас, глядя прямо на Мейсона.
Он не злился, не нервничал. Он был абсолютно спокоен. И эта сталь в его голосе ужасала.
— Нет! — возмутилась Тейлор.
— Лив! Пожалуйста, — строже повторил шатен.
Испытывая чистую ярость, девушка гневно отодвинула стул, едва ли не швырнув его на пол, и направилась в сторону двери.
— Оливия, — остановил её голос директора, — только никуда не уходи.
Покинув кабинет, попутно громко хлопнув дверью, Лив застала в приёмной настоящее столпотворение из семейств Стюартов, Коллинзов и Мелвиллов.
— Не думал, что знакомство с родителями случится так, — неловко посмеялся мистер Стюарт, изо всех сил пытаясь разрядить обстановку.
— Я бы на вашем месте так не радовалась! — злобно заявила миссис Коллинз, воспитывавшая Мэтта в одиночку. — Вырастили вертихвостку!
— Ваш сын подстрекал мою дочь! — взбесилась мать Кэти.
— С ним я разберусь сама, а вы за своей следите!
— Да как вы смеете?!
— Мама, пожалуйста, хватит! — завизжала Кэти, по-прежнему содрогаясь в рыданиях.
Проходя мимо Коллинза, Лив наградила парня самым свирепым и осуждающим взглядом из всего её арсенала.
— Ну зачем было, — прошептал Мэтт, тяжело вздохнув, очевидно говоря о раскрытии его маленькой тайны.
— А ты вообще помалкивай, бестолочь! — воскликнула миссис Коллинз, зарядив сыну подзатыльник.
— Не надо! — вновь закричала Кэт.
Стоявший неподалёку Горни издал ехидный смешок.
— Тебе смешно? — низким голосом, от которого кровь стыла в жилах, спросил мистер Мелвилл.
— Па-а-ап, — закатил глаза парень.
— Не перечь отцу! Ты позор семьи! — прошипела мать.
— Ты посмотри! Устроил погром в классе и ухмыляется!
Ещё один парень получил пощёчину — такую звонкую, что Лив даже вздрогнула. Но Горни даже не шелохнулся, лишь довольно улыбнувшись.
Тогда началась вакханалия: Мелвиллы орали на Горни, Стюарты орали на миссис Коллинз, Кэти орала, пытаясь всех успокоить, а Мэтт пытался успокоить Кэти. Казалось, ещё чуть-чуть, и в школе вновь начнётся побоище, но уже с участием взрослых.
— Уважаемые родители! — наконец вышла из-за стойки секретарша, громко чавкая, очевидно всё это время безразлично поедая пюре быстрого приготовления. — Давайте дождёмся решения директора Мейсона! Прошу вас, не надо ссор!
Воспользовавшись моментом, пока абсолютно все находившиеся в приёмной были увлечены скандалом, Оливия скорее подобралась к выходу, бесшумно скользя вдоль стены.
Мир ощущался очень странно. Будто абсолютно все эмоции, что в тот момент испытывала Лив: обида, боль, непонимание, злость смешались воедино, одновременно провоцируя дикое волнение и в то же время не позволяя чувствовать вообще ничего. Может, оно было и к лучшему. Ведь в тот момент нельзя было отвлекаться на эти глупости — нужно было действовать оперативно, пока Томас ещё находился в том злополучном кабинете. Лишь бы он только сумел заговорить зубы Мейсону и убедить его в том, что ничего плохого не случилось! Если бы директором школы была женщина, Тому бы это точно удалось: подключил бы своё природное обаяние и харизму, Лив бы даже не стала ревновать! Наоборот, была бы только рада. Лишь бы у них всё было хорошо…