Уже через каких-то двадцать минут девушка была в кафе, ведь от дома Саманты добираться до «Фрайз-Тейсти» было намного быстрее, чем от Кейбл-Стрит. Лив быстро переоделась в рабочую форму, поздоровалась с боссом и принялась принимать заказы посетителей самых разных мастей: от величавых бизнесменов и офисных планктонов до пожилых пар, выведших своих внучат на вечернюю прогулку. Но даже несмотря на столь разные ранги и положения в обществе, все они заказывали одно и то же: чизбургеры, картофель фри и какую-нибудь газировку.
Вечером, в очередной раз пробивая на кассе совершенно идентичный заказ, Оливия задумалась о бренности бытия — о том, что все люди на самом деле такие одинаковые, что это даже пугало. А как же тогда идея индивидуальности? Существует ли она вообще?
Хотя, всё это не так важно, когда твои внутренности так невыносимо режет.
Может это аппендицит?
Девушка положила руку на бок, слегка надавив, дабы успокоить боль, и едва не согнулась пополам от колющих ощущений.
По-хорошему, нужно было бы обратиться в больницу, но у Тейлор не было на это времени, особенно сейчас, когда всего за один месяц ей нужно возместить деньги за дом мистеру Фишеру, а ведь она даже не знала, где и брать такую сумму. Честно заработать столько она точно не сможет, даже если будет прогуливать школу.
Раньше было легче: Лив всегда успевала подкопить нужную сумму и перевести её на счёт арендодателя. Сейчас же обстоятельства изменились, когда из-за упадка туризма в Секиме мистер Фишер больше не мог получать хорошие деньги с других квартир, которые раньше сдавал приезжим, и повысил цену за аренду дома на Кейбл-Стрит. Совершенно необоснованно.
И что делать? Брать кредит? Банк не согласится, ведь Лив ещё нет двадцати одного года. Занимать у друзей? Чтобы потом полжизни возвращать долги? Да и не было у её друзей таких денег. Своровать из социального пособия отца? Чтобы он вообще её убил? Видимо пришла пора смириться с тем фактом, что скоро Лив окажется на улице, попрощаться с этим домом… Да, пусть светловолосая его и ненавидела, всё же, каждый раз заходя на кухню, помимо издевательств отца она вспоминала и о том, как любила проводить время за готовкой вместе с мамой в далёком детстве. Хорошие были времена… в крайнем случае неплохие. Но к сожалению, рано или поздно Лив должна была съехать: в лучшем случае — в Сиэтл, в худшем — на улицу.
Оставалось лишь надеяться на первый вариант.
В очередной раз сощурившись от болезненного спазма, девушка кое-как сумела сдержать себя от завывания, ограничившись еле слышным кряхтением.
— Эй, всё в порядке? — нахмурилась подошедшая к барной стойке Клэр, начав протирать столовые приборы.
— Д-да, — сдавленно отозвалась Оливия, — всё прекрасно. Просто… боли в животе.
— О-о-о, — кивая протянула официантка, — понимаю. У меня в первый день цикла тоже невыносимые боли. Помогают только грелка, уютная кроватка и хороший сериал.
— Да, — смущённо улыбнулась светловолосая, не желая вдаваться в подробности. Она была даже рада, что Клэр сама придумала версию происходящего.
— Могу поделиться обезболом, если хочешь, — предложила девушка. — Порошок нужно растворить в тёплой воде и выпить залпом. Мне всегда помогает.
А ведь обезболивающее это идея! Как Лив сама не додумалась?! Жаль, что последний укол с морфином она истратила ещё неделю назад…
— Да, было бы неплохо, — кивнула она напарнице, глядя на неё с самой настоящей благодарностью.
— Клэр! Ну где там мой глинтвейн?! — проорал посетитель, сидевший за столиком у самого окна.
То был не самый опрятный мужчина сорока лет, одетый в какие-то балахоны, с вечно лохматой головой, огромными мешками под глазами, и благоухающий по́том и табаком. Лив его знала — мужчина довольно часто заявлялся в кафе по вечерам, а мистер Диксон довольно часто выставлял его за дверь.
— Уже бегу, мой медвежонок! — отозвалась Клэр, аккуратно переливая горячий напиток в стеклянную кружку при помощи половника.
— Давай, и выпивки побольше плесни!
В этот раз светловолосая сощурилась вовсе не от боли, а скорее от отвращения. Как же тот мужчина напоминал ей отца в своём пьяном агрегатном состоянии.
— Медвежонок? Вы встречаетесь? — искренне поразилась Тейлор.
— Да, — подмигнула ей Кларисса, — Дик — просто очаровашка! Это сейчас он такой, а наедине он настоящий романтик!
— Извини конечно, но вчера я видела, как Дик клеился к официантке из второй смены. Мистеру Диксону снова пришлось его выгнать.