Марина растерялась. Ей-то что делать? Бежать за Апрелем? Почему он, едва явившись на работу, все бросил и был таков? Может, его отчитали, выгнали за опоздание? Час-то не ранний. Может, его оскорбили, обидели… С этими мыслями она медленно поднималась по ступенькам, не осознавая толком, зачем ищет глазами квартиру, из которой, сам не свой, вылетел Апрель. Второй этаж, третий – никаких признаков ремонта.
«Что, если он приходил не на работу, а к ней? – вспыхнуло в уме девушки. – И она оказалась непреклонной, не стала говорить с ним? Отослала прочь? Что, если я сейчас увижу ее?»
На четвертом этаже она остановилась перевести дух. В висках стучало, сердце выпрыгивало из груди. Беспричинное волнение овладело Мариной, как будто должно было случиться – или уже случилось – что-то страшное. Из трех дверей на этой лестничной площадке одна показалась ей приоткрытой…
Не отдавая отчета в своих действиях, девушка потянула дверь на себя. В прихожей горел синий свет, в коридоре стояла тишина.
«Что я делаю? – смешалась Марина. – Врываюсь без звонка, без стука в чужое жилище…»
Но маниакальная жажда увидеть ее, ту, которая сводит Апреля с ума, играет им, словно матерчатым клоуном, оказалась сильнее здравого смысла. Вместо того, чтобы вернуться на лестницу, Марина сделала несколько шагов по коридору и робко произнесла:
– Эй, хозяева… у вас дверь открыта…
Ей никто не ответил. В коридоре висело большое зеркало. В нем отражалась часть гостиной в синих и желтых тонах, – диван, кресло и кусок ковра. На ковре…
Марина сдавленно вскрикнула и прижала к губам варежку. Этого не может быть! У нее температура, она лежит в бреду, и вся эта жуткая картина возникла в ее расстроенном сознании… Она зажмурилась и потрясла головой, боясь упасть в обморок и остаться здесь, рядом с мертвым телом…
Неужели Апрель тоже видел? Последней мыслью перед беспамятством был вопрос: «Откуда он выбежал, из этой квартиры или…»
– Алло? Здравствуйте, – вежливо произнесла Астра в трубку. – Мне нужен господин Ракитин.
– Сию минуту… – ответил ей женский голос.
Похоже, к телефону подошла не Раиса. И не Нелли… Кто же тогда? Домработница?
– Слушаю вас, – сухо, нервозно отозвался мужской баритон.
Этот голос не мог принадлежать профессору. Тембр, интонация другие.
– Никодим Петрович, это Ельцова. Я по поводу Ворот Иштар…
– Простите… м-ммм… – замешкался баритон. – Никодим Петрович тяжело заболел… Я его сын, Леонтий Никодимович. Видите ли, у нас в семье случилось несчастье. Еще раз прошу прощения…
Он без лишних церемоний положил трубку, а она осталась с открытым ртом и самыми плохими предчувствиями. Случилось несчастье… Какое, с кем? Неужели с профессором? Ну да, он же заболел… Астра старательно гнала от себя куда более страшную догадку. Кто-то не просто болен, кто-то мертв! Начинают сбываться опасения Нелли…
Матвей все понял по выражению ее лица. Они сидели на диване в его гостиной и обсуждали очередной визит Астры к Ракитиным: нужно же как-то продолжить знакомство с Раисой.
– Мне кажется, кого-то убили, – прошептала она.
– С чего ты взяла? Нелли бы позвонила тебе первая…
Астра молча отправилась ставить чайник. Чашка зеленого чаю с медом не помешает в такую ненастную погоду. После обеда зарядил снег, за окном сплошное белое марево. Тучи набежали и давай сыпать…
– Почему она не звонит? – повторяла Астра, заваривая чай. – Это уж совсем никуда не годится!
Матвей без труда угадывал невысказанную ею мысль: раз Нелли до сих пор не позвонила, значит, она и есть жертва.
– Человек доверился нам, рассчитывал на нашу помощь, а мы…
– Что мы? – рассердился он. – Должны были приставить к ней охрану? У нее брат – бизнесмен, пусть бы обеспечивал безопасность родной сестры. Мы не телохранители! Она могла в полицию заявить, в конце концов.
– О чем? Как ты не понимаешь? Дело Ракитиных – тонкое, словно паутинка. Беспочвенные подозрения никто не станет рассматривать. Подумаешь, брелок потерялся или браслет. Женщины часто теряют украшения и разные мелочи. Ракитиным кто-нибудь угрожал? Нет…
Астра протянула ему чашку с чаем.
– Где у тебя мед?
– В правом шкафчике…
Она достала вазочку с медом и поставила на стол. Забыла дать ложки…
– Позвони ей сама, – посоветовал Матвей.