Ответа по вывеске я все еще не получил, но нарисовал еще дюжину новых эскизов, третий и седьмой вызывали у меня особый восторг.
Над вывеской блестели новенькие окна. Красная табличка со словом «Аренда» и номером телефона красовалась на соседнем с кафе помещении. Давненько я не заглядывал. А ведь все еще тешил себя мыслью, что мои каждодневные заказы кофе и кекса позволяют хозяину держаться на плаву.
Я подергал ручку, еще раз, но она не поддалась. Зачем-то постучал. Хозяин появился за толстым стеклом, щелкнул замком и впустил меня внутрь.
– Отбегал, – коротко пояснил он.
Я выложил перед ним новые эскизы, которые он принялся равнодушно перебирать.
– Второй ничего, – сказал он.
– Решено!
Хозяин налил мне кофе и исчез в подсобке. Кексов не было.
– Да ладно тебе! – я рассмеялся, совсем не боясь помешать соседям за другими столиками. Было шумно и весело. За окном крупными хлопьями падал снег, а окна украсила гирлянда, переливающаяся от изумрудного до ярко-розового.
– Ну это правда странно, – она смеялась, закрывая руками лицо. – Сколько мы уже не общались? Полгода?
Под столом виновато пристроился пакет – мои вещи из нашей бывшей квартиры.
– Могла бы просто выбросить.
– Нет, только не эти.
Она извлекла мой старый плеер.
– Там новые батарейки, – гордо сказала Женя.
– Ценю. Может кофе и тех самых кексов?
– А давай! – она вздохнула, улыбнулась и помахала у меня перед носом наушниками. – Подсаживайся уже, дурень.
Тот столик пуст. Наш столик. Пыльный кот безучастно смотрит в окно, а соседние картины пропали, только гвоздики и яркие прямоугольники невыцветшей краски напоминают о них.
Все ждали бабьего лета, а пришли дожди. Только под каштаном было сухо. Словно огромный гостеприимный зонт, он встречал случайных прохожих. Ручьи неспешно текли по новому асфальту, вниз, где моросили по серой набережной и широкой реке мелкие осенние капли. Проехала машина, обдав обочину веером брызг. Над городом клокотали тучи.
До работы двадцать минут быстрым шагом, хорошо, что зонт взял. Редкие прохожие огибали меня, задевая зонтиками. Вода стекала по высоким пыльным окнам, оставляя грязные дорожки. Я снова подергал ручку, словно таблички «Закрыто» и надписи об аренде на обратной стороне стекла недостаточно. В темноте в глубине кафе чернела пустая стойка. Плетеная мебель бесследно исчезла.
Дождь прекратился. Я отпустил ручку двери, достал телефон и по памяти набрал номер. С другой стороны гулко, словно из глубины пустого кафе, послышались длинные гудки.
***
Длинный гудок вырвал меня из воспоминаний. Мы подъезжали к станции. Я аккуратно разбудил Дашу и вернул ей рюкзак.
Мы вышли на платформе. Выл ветер, скользя по блестящим рельсам. Широкой стеной колыхался лес, а от платформы вниз спускалась неширокая грунтовая дорога.
– У тебя в доме чудовище, – решительно сказала Даша.
– Да, мне тоже последнее время разная дичь снится, – сказал я.
Электричка стремительно укатила вдаль, оставив нас среди шорохов леса.
– Тут есть кафе? – уточнила Даша.
– Тут есть кое-что получше. Неизвестность.
Наивно было полагать, что кто-то построил поселок у железной дороги или проложил дорогу к нему. Идти пришлось довольно долго, учитывая две остановки: одна на перекус из рюкзака и одну просто так.
Вскоре лес поредел и превратился в поле с торчащими тут и там из высокой сухой травы деревьями. Показались покосившиеся плетни, коньки поросших мхом крыш. Только свежая колея в траве намекала на то, что поселок еще жив. Мы добрались до главной и возможно единственной улицы. Даша что-то бормотала зайцу, тот, к счастью, не отвечал. Я делал попытки стучать в слепые окна там, где мог подойти к ним сквозь бурьян. Но никто не откликался и не выглядывал на стук. Тишина настораживала и пугала. Я спросил у Даши не страшно ли ей и получил ответ, что ей тут нравится. Выглянуло солнце, облив поселок оранжевым осенним светом и стало еще больше не по себе.
Наконец мы нашли магазин с припаркованной у крыльца машиной. Даша нырнула к витрине с всякой всячиной, а я, стараясь вызывать поменьше подозрений поздоровался с продавщицей.
– Дочка? – уточнила она, дружелюбно кивая на Дашу.
– Племянница. Приехали к дальнему родственнику, но не можем найти дом. Тут нет номеров.
Она дружелюбно вздохнула и вытерла руки о кофту.
– Откуда же тут номера? Это село. Давайте подскажу, если потерялись.