– К Малику? У него скучно, хотя он забавный.
– Ну, могу оставить тебя у тети Оксаны, но тебе придется полдня играть с ножницами, а другие полдня есть здоровую пищу.
Меня невольно передернуло. Дважды – я вспомнила Валеру.
– Слушай, ты побудешь со мной пару часов, а потом я отвезу тебя к бабушке. Идет?
– Я подумаю, – пообещала Даша и отвлеклась на зависшую под куполом центра модель дирижабля.
Диму обещали выписать только завтра. Он позвонил мне сам еще утром и впервые я не слышала в трубке ни криков, ни скрежета и треска зубной эмали.
– Привет.
– Привет.
Мы помолчали как два подростка после неловкого поцелуя.
– Даша с тобой.
– Да. С ней все в порядке.
– Присмотри за ней, пока я тут, – в трубке послышалось шуршание простыни. – Потом я придумаю что-нибудь.
Я усмехнулась. Он услышал.
– Это ты точно мне? Номером не ошибся? Номер Катерины Андреевны заканчивается на двадцать.
– Я немного перестарался с этими своими убеждениями. Грош им цена, когда приходит тонкий как спица человек, которого больше никто не видит, и вбивает тебе в руки гвозди размером в железнодорожный костыль. Похоже, что со странной мамой дочке безопаснее чем с идиотом отцом.
– Ты не идиот, а я и правда немного странная. И, знаешь, безопасность – штука относительная. Даша сегодня чуть не обожглась о плиту – у вас то индукционная, а не газовое страшилище как у меня. Но зато ее не слопал стометровый монстр из другой реальности.
Он вздохнул.
– Хорошо, что у нее есть ты. Она точно не вырастет тепличной, – он ненадолго замолчал, подбирая слова. – Я увезу ее. Так далеко, что ее не найдет ни одна нечисть.
– Хоть в Эфиопию, хоть в Мали, – улыбнулась я.
– Верно. И ты, если хочешь, поедешь с нами.
Цыпленок. Ее желтое пальтишко мелькало возле витрины с игрушками, шагах в десяти от меня, но никогда она еще не была настолько близко. Идиотская невидимая стена таяла, как сосульки неизбежно тают в марте.
– Чуть меньше тридцати тысяч километров в секунду, – сказала я.
– Ты о чем? – я знала, что он нахмурился.
– Это скорость распространения радиоволн. Нам не скрыться, пока есть кому преследовать. Но я работаю над этим, правда.
Или пытаюсь работать. Эхо пока еще куда умнее и хитрее, чем я и Малик вместе взятые. И рано или поздно он придет за нами сам, чтобы убить или показать свою власть. Он придет и за Дашей. Малик рассказал мне про случай с зеркальцем, который напугал его до чертиков. Меня не так сильно – чего-то подобного я ожидала после разговора с отцом. Нельзя быть к этому готовым. Но можно не думать о том, что будет и проживать настоящий момент счастливым. Я обняла Дашу за плечики и повела на фудкорт. Прощайте гонорары Кирика и остатки копеек Эхо, я потрачу вас все, а завтра приду сюда мыть полы или за что тут еще платят?
Мы потонули среди людей, запахов еды и шума. В больших окнах крутились хлопья первого снега – пока не настоящего. Он же растает к обеду. Нашли свободный столик под искусственным апельсиновым деревом. Оно «росло» из клумбы с красной травой. Я оглядела зал, печально улыбнулась. Трава везде была красной. Хоть и не настоящей, но все же красной. И это выглядело естественным, словно она никогда и не была другой.
***
– Можно я подожду в машине? – Даша показала недоеденный бургер и игрушку, которая еще не успела поболтать с зайцем. От этого страдали и игрушка, и заяц, и Даша. Я оценила расстояние до парикмахерской. Машина на виду и вряд ли кто-то подойдет к ней, не привлекая моего внимания. На всякий случай я вынула батарейки из радио.
– Я скоро. Не скучай тут.
Никто и не думал скучать. Даша немедленно легла на сидения, поставила себе на грудь нетерпеливых собеседников и приготовилась к спектаклю.
Ладно. Я взглянула на вывеску в окне. Там горел свет, но в кресле вроде-как никого не было. И хорошо. Сейчас мне не так нужна прическа, как доморощенный и бесплатный психолог, которому вроде бы всех подробностей не расскажешь, но дельный совет получить можно.
– Догадка пятьдесят девять – ты упала в промышленную центрифугу и тебя прокрутили там, – Оксана потрогала кончики моих волос.
– Просто уложи, стричься рано, – сказала я.
– Сделаю, что смогу.
Она улыбнулась мне в зеркало.
– Собралась на вечеринку, подруга?
– Вроде того, – на всякий случай я взглянула на свои пальцы. Плачевно, но можно просто перекрасить. Боюсь, Малик и разницы не заметит. Но там, кажется, будет его бывшая девушка с женихом. И она точно заметит. Я усмехнулась про себя. Странная компания. Он бы точно позвал Диму, если бы того успели выписать.