Ван повернул «Джойо» лоб в лоб к фрегату. При добавлении ледяной массы его ускорение стало не таким, как прежде, но темп сближения был в любом случае достаточным.
Когда ревенантский фрегат замедлил ход, корвет пробрался вперед, так что эта парочка опять перекрывала экраны друг дружке.
Ван продолжал ускоряться.
Очутившись в пределах выстрела, он пустил свою первую торпеду по фрегату, а через мгновение пустил вторую. Фрегат ответил парой торпед, за которой последовали две с корвета. Ван ждал, наблюдая и рассчитывая. Затем отрезал от энергии все, кроме щитов.
— Обесчувствливание.
Он ощутил прилив энергии, щитовые индикаторы «Джойо» заплясали, но остались на зеленом поле. Ван немедленно включил и проверил мониторы.
К «Джойо» направлялись четыре торпеды, затем ревенантские корабли выпустили еще четыре.
— Обесчувствливаем.
Два прилива энергии указали на приход торпед, на этот раз генератор второстепенного щита янтарно засиял и таким и остался. Ван не мог позволить себе ждать еще. Он всколыхнул сети, затем обратил работу двигателей на торможение, усилив эффект запуска ледяного обломка кометы в направлении щитов фрегата. А потом начал стрелять своими торпедами попарно, запустив шесть из них в сторону двух ревенантских кораблей. Он надеялся, что ничего не отражающая ледяная масса не покажется на ревенантских мониторах до самого последнего мига перед ударом по их щитам. Не должна, но…
Тем временем четыре торпеды неслись к «Джойо». Ван обесчувствил корабль, зарядил щиты всей энергией, какую набрал, послал еще один набор торпед и стал ждать.
Вернув приборам чувствительность, он увидел, что у него только один щитовой генератор, но круги мусора и энергии расширялись из точки, где недавно были два ревенантских корабля.
Ван глубоко вздохнул, затем повернулся к Эри.
— Вам пора приступать к работе. Щитовой генератор № 2 сдох, — и вернул гравитацию корабля к одному g.
— Что вы сделали? — спросила Эри.
— Использовал фотонные сети, чтобы собрать кое-какой кометный лед. Затем мы пошли лоб в лоб с фрегатом, и я, воспользовавшись сетями, запустил по нему льдом, да еще добавил шесть торпед, паля с наибольшей скоростью. У них были перекрытые экраны. Так что когда фрегату пришлось сократить экраны, чтобы позаботиться о льде и торпедах, я ударил по корвету двойным залпом. Экраны им на это указать не могли, они только что дошли до янтаря, и опять получили торпедами.
— Прежде чем экраны стали янтарными?
— Есть миг нестабильности, когда щиты перекрывают друг друга, если один не выдерживает. Я пытался воспользоваться преимуществом. Подействовало, — и добавил про себя, — на этот раз, во всяком случае.
— Ценой одного щитового генератора. Если бы вам требовалось его сохранить, вы бы сейчас так не задирали нос, — улыбочка бесенка опровергла ее слова.
— Я бы не знал, с чего начать.
— Сколько у меня времени? — Эри открепилась.
Ван опять проверил мониторы. Но по-прежнему в системе отсутствовали другие ревенантские корабли. Если только еще один не стоит у белдорцев в полном покое, отрубленный от внешнего мира.
— Пока кто-нибудь еще не выйдет из прыжка. Это может случиться через десять минут или через десять дней.
— Когда я вам скажу, вы должны обесточить всю щитовую секцию.
— Дайте знать, — ответил он, сосредоточившись на изучении пространства и индикаторов ИЭВ, а заодно и на наблюдении за ними. Горняцкие буксиры продолжали целенаправленное движение к Белдоре.
Обговорив все, Эри провела почти два часа на корме, пока не вернулась. Ван поглядел на техника.
— Да? Или нет?
— Да. Некоторым образом. Вы действительно тряхнули щиты. Главный щитовой генератор не продержится и пятнадцати минут при таком нападении. Второстепенный пять… если же конечно нам повезет.
— Значит, придется подготовиться к бегству и прыжку. Но нам нужно закончить здесь дела.
— Закончить дела? Есть еще корабли?
— Нет. Я не о вооруженных межзвездных судах. О горняцких буксирах. Ревяки не прочь разрушать дешевой ценой. Возьмите изолированную систему, истребите ее крохотные силы обороны, а затем обрушьте скалы из-за орбиты на самые населенные районы. Когда пар и пыль осядут, планета будет готова для ревячьей реколонизации. Ни тебе неестественной радиации, ни уцелевших жителей, которые станут заявлять, что произошло больше, чем удар обломками астероида.