— Благодарю. — Ван кивнул.
— Что-нибудь еще? Хорошо. Встретимся в пяток на следующей неделе. — Ханниган улыбнулся и отодвинул свой стул.
Вернувшись к себе в кабинет, Ван бросил взгляд из окна на западные холмы, золотисто-зеленые под солнцем раннего лета. Подключился к сети на всякий случай. Доклада о смерти Круахана там еще не было. Тогда он покинул кабинет и двинулся по коридору к дверям кабинета третьего секретаря, слегка приоткрытым.
— Можете зайти, командир, — позвала его Эмили Клифтон. — Закройте за собой дверь.
Ван закрыл дверь и сел на единственный стул по ту сторону от стандартного стола третьего секретаря.
— Я получила ваше послание.
— Послание? — Ван позаботился о том, чтобы внешне остаться невозмутимым. Внезапно суровое лицо Клифтон взорвалось смехом. Немного успокоившись, она покачала головой.
— Трудно… Всего не упомнишь… форма-то у всех одинаковая. Даже после…
— Командир Круахан… отправил бы послание более сдержанное и учтивое?
— Откуда вы знаете? Вы были с ним знакомы?
— Нет, но я читал его доклады, а о людях многое узнаешь по тому, как они пишут.
— Вам нелегко пришлось с Корделией, верно?
— Скажем, что мы установили с ней рабочие отношения. Сомневаюсь, что когда-либо они перейдут в нечто большее.
— Полагаю, вы правы. Это было все, чего сумел достичь командир Круахан со всеми его светскими манерами.
— Боюсь, что я более прямолинеен, чем он.
— Я заметила. — Голос Клифтон был полон сухой иронии, но не холоден.
— Поскольку я… что мне следовало делать, чего я не сделал… То есть что здесь затрагивает вас?
— Да, вы идете напролом.
— Я усвоил много лет назад, что наживаю хлопот всякий раз, как пытаюсь хитрить. — Он негромко рассмеялся. — А затем я нажил еще больше хлопот из-за прямолинейности.
— Порой так и происходит. — Миг спустя она продолжала: — Не могу сказать, что мне нужна какая-либо помощь прямо сейчас.
— А я могу, — признался Ван.
Тонкие светлые брови удивленно приподнялись, а серые глаза поглядели на него в упор.
— Вы связываетесь по службе с другими посольствами, верно? И с местными масс-медиа?
Она кивнула.
— Медиа здесь весьма местные. Вот почему мы переводим выпуски космических новостей, которые к нам прорываются, на постоянную волну. Здешние медийщики их получают, но немного оттуда попадает в местные голопередачи.
— Вы не заметили каких-либо изменений в подаче репортажей последних двух месяцев или чего-то нового в отношении или в подаче себя другими посольствами?
Клифтон покачала головой.
— Это одно из моих постоянных поручений, и не могу сказать, что я видела хоть какие-то перемены. После смерти командира я ломала себе голову, возвращалась к уже знакомому и проделала кучу анализов. Выпуски новостей, содержание местной сети. Мы получили точно такие же результаты, что и год назад, а год назад все было почти как в течение десяти лет. — Ее лицо опять посуровело. — Смерть командира тревожит вас. Желаете реакции, не так ли? Иначе вы бы спросили об этом доктора Ханнигана наедине. В чем причина?
— В том, что смерть Круахана привела к моему назначению сюда, а я не обладаю должной квалификацией для такого поста, если вы этого еще сами не заметили.
— Да, вы идете напролом.
— Лучше идти напролом и признать очевидное, а затем продолжать изучать свое дело, чем прикидываться более знающим, чем ты есть.
Это вызвало новый смех Клифтон, прежде чем она сказала:
— Вы ведете себя так, как если бы думали, что смерть командира Круахана не была несчастным случаем.
— Я этого не знаю. — Ван не жаждал признать, что это единственное правдоподобное объяснение. И что у него начисто отсутствуют любые доказательства, исключая малую вероятность того, что старший офицер, обладавший большим опытом хождения под парусом, действительно утонул в безветренный ясный день.
— Дайте мне об этом подумать, — попросила третий секретарь.
— Благодарю вас. — Ван улыбнулся и встал. — Я буду заглядывать к вам чаще.
На миг улыбка прогнала суровость с ее лица.
Глава 10
В пяток Ван расхаживал взад-вперед по своему кабинету. Все, что ему требовалось сделать за восьмерицу — прочитать отчеты и газеты, и все это не без пользы, ведь он, в сущности, ничего не знал о Скандье и еще меньше о функциях военного атташе. И почти ничего не видел в Вальборге.