— Три миллиона. Для начала… — Брукс подтолкнула листок с анкетой к ладони Хейза. Ее пальцы на мгновение задержались на его руке, отчего по телу Дилана пробежал разряд тока. — Я уже ответила на все вопросы.
— Верно, — уязвлено сказал он, сокрушаясь от того, что эта женщина заставляет его терять контроль.
Бросив быстрый взгляд на анкету, заполненную Уолбергом, Дилан узнал, что клиентку зовут Ева Брукс, ей двадцать восемь лет и она получила деньги от покойного отца. Сейчас же Ева занимается бизнесом и имеет несколько небольших ресторанов на севере Чикаго.
— Отчего же вы не купили виллу в Майами и не воспользовались депозитом? — вновь спросил Хейз, точно зная ответ. — Этот способ сохранения денег равносилен вложению в акции стабильных крупных компаний, но вы решили иначе.
— Я хочу расширить бизнес.
Не отрывая глаз от лица топ-менеджера, Ева распахнула пиджак и едва заметно улыбнулась.
— Кхм… — после паузы протянул он. — Три миллиона не настолько большая сумма, чтобы получить с нее быстрый и хороший доход с помощью консервативного портфеля.
— Я знаю, — ответила Брукс, дав понять, что она сейчас находится “сверху” и устанавливает правила.
Блондинка на сто процентов владела ситуацией и вниманием Хейза. Он смотрел на нее, но продолжал тонуть в фантазиях, где уже скидывал бумаги со стола и клал на него Еву.
— Мне говорили, что в вашей компании очень внимательны к новым клиентам, особенно если они имеют семейные активы и готовы на умеренный риск.
— Я готов предложить вам не просто хорошую доходность, а нечто особенное. Эксклюзивный инвестиционный портфель с минимальными рисками.
Конечно же, Дилан врал, когда говорил об этом, потому что даже самые надежные активы в любой момент могли превратиться в макулатуру.
— С минимальными рисками? — с сомнением переспросила Брукс.
— Да, и я лично займусь вашим «портфелем», если вы не против.
В голосе Дилана было столько неприкрытого желания, что Ева не могла не заметить этого. На мгновение ему даже показалось, что блондинка испытывает то же. Однако это были лишь мысли, так как в реальности Брукс не собиралась попадать в сети циничного красавца.
— Что ж, мистер Хейз, думаю, пришло время для признаний, — взяв сумочку со столика, произнесла она. — Стив — мой двоюродный брат. И пусть он не лучший аналитик в городе, но он не вкладывал деньги в пузыри и не давал мне ложных обещаний ради компенсации потерь компании. Вы же готовы пойти на все, только бы выманить деньги клиентов.
Усмехнувшись, Брукс поднялась и направилась к выходу, оставив Дилана в состоянии оцепенения.
Следующие полчаса он смотрел в одну точку, пытаясь понять, как из хладнокровного дельца превратился в похотливого подростка. Затем пошел в свой кабинет под крики уничтоженного эго, требовавшего холодной и безжалостной мести.
Этого не может быть. Пока я пялился на нее, а по-другому это не назвать, она поимела меня, как последнего идиота! Я же знал, чувствовал, что она не глупая девчонка и не хищница, которая пошла бы на все ради прибыли. Может, эта Брукс вообще не собиралась вкладывать деньги, а пришла сюда к чертовому брату… А он подбил ее на этот разговор, чтобы поиздеваться! — Хейз остановился на пороге и тихо прорычал: — Что ж, Уолберг, пакуй вещи. Завтра ты будешь искать вакансию стажера в забегаловке сестры!
Глава 5
Дилан
Затаив смертельную обиду, переходящую в настоящую манию, Хейз резко развернулся и направился к директору клиентского отдела Дже́ймсу Хо́лланду. Его лицо искажала ярость, а кулаки, сжатые до побелевших костяшек, казалось, готовились к драке, если он не получит то, зачем пришел.
В груди все еще пылал пожар, разожженный Евой, однако фраза, которую хозяин кабинета бросил Дилану, едва тот вошел, быстро остудила его пыл.
— Поздравляю с очередной победой, — не поднимая головы, сказал гладковыбритый светловолосый мужчина в черном костюме.
— Какой нахрен победы? — взревел Хейз, оттолкнув кресло, стоящее рядом со столом.
— Не скромничай. Только глухой не слышал, что утренние торги сделали нас богаче на сотни миллионов и обеспечили престарелых толстосумов из Совета и инвесторов до конца их жизни, — в той же манере ответил Джеймс.
Услышав рассказ Холланда о том, чего не было, Дилан прищурился, потому что не поверил ни единому слову. Однако возвращение на вершину финансовой пирамиды сделало свое дело.
Хейз развалился в кресле и осторожно спросил: