Если бы я не знала, какой он законченный мудак, то сочла бы его жест заботой.
- Я бы сама могла затянуть подпругу, - пряча за возмущением свою растерянность, выпалила я.
- Но ты часто забываешь об этом из-за чего твое седло ненадежно.
- Тебе откуда знать?
Джефри не ответил, оторвался от стены и посмотрел куда-то поверх моей головы, словно лишний взгляд, подаренный мне, был для него не менее чем пыткой.
- Не стоит благодарности, - небрежно бросил он.
- За выказывание превосходства надо мной? Посмотрите, какой он сильный и внимательный. Ты же Джефри Фостер, а не глупая блондинка с круглыми глазами! В очередной раз, заруби себе на носу, я сама могу затянуть чертову подпругу, не думай, что знаешь или умеешь больше меня, - бросила я и, отвернувшись, повела Герцогиню к выходу.
Нужно еще раз проверить седло, вдруг он сделал так, что стоит мне взобраться на лошадь, я сразу же свалюсь с нее. Это ведь Джефри, такие понятия как забота и внимание ему чужды.
- Барби!
Мое сердце пропустило удар.
Он назвал меня Барби.
Желание затянуть на его шее узду и отправить Герцогиню бегать по полю нарастало как смертоносный торнадо, моментально вытесняя из моей головы все прочие мысли.
Чертов ублюдок прозвал меня так еще в детстве. Он прекрасно знал, как сильно меня раздражает это прозвище, но продолжал упрямо звать меня именем тупой куклы, преследуя какие-то свои совершенно больные цели.
Я сузила глаза и хотела ответить ему, но была застигнута врасплох следующими его словами.
- Скажешь, зачем ты задаешь мне лишние вопросы, если сама все видела?
Дьявол!
- Что видела?
- Не притворяйся, будто не понимаешь. Понравилось подглядывать? - Даже на таком расстоянии я заметила, как поползли вверх уголки его губ, будто Джефри не мог удержаться от улыбки.
Позор, накрывший меня лавиной, моментально окрасил мои щеки в алый цвет. Я вцепилась в поводья Герцогини, продавливая кожаным ремешком кожу своих ладоней.
- Это было отвратительно, - гордо вскидывая подбородок, сказала я.
Джефри сделал несколько шагов по направлению ко мне, отчего мне хотелось сорваться и убежать на поле, а еще лучше сесть на лошадь и ускакать от него как можно дальше.
- А мне казалось, будто я слышал твой стон, - сузив глаза, выдал он.
- Значит, тебе стоит проверить свой слух, потому что это было брезгливое «фу».
- Вот как? – Издевательские нотки в его голосе кричали о том, что он знает о моей лжи.
Мне нужно было просто потянуть Герцогиню и уйти, но мое упрямство и злость на Джефри быстро заслонили собою стыд. Раньше я из раза в раз убегала, поджав хвост, боялась дать ему отпор, высказать все то, что я думала о нем. Но сегодня я не буду сбегать. Последнее слово останется за мной.
- Мне абсолютно наплевать как на тебя, так и на твоих подружек. Более того, Фостер, ты последний человек, чьи дела меня интересуют.
- А мне кажется, тебя прямо распирает от любопытства, детка, – последнее слово было искажено приторно сладким тоном, Джефри попытался спародировать Мейсона. Ему никогда не нравилось то, что я встречаюсь с его младшим братом.
- Уж поверь, не все в этом мире вращается вокруг тебя. Твоя сексуальная активность меня не волнует. Просто я поражена тем фактом, что ты приволок двух незнакомых девушек в дом своих родителей. С Джеммой не говорил сегодня, ее драгоценности на месте? Хотя знаешь, хорошо, если они вынесли что-то из этого дома, может тогда Дэниел поймет какая ты сволочь и запретит тебе появляться в особняке.
С каждым словом он медленно приближался ко мне, его челюсти с силой сжались, на щеках заиграли желваки, и я хорошо видела в его потемневших глазах, как своими большими руками он ломает мою тонкую шею. Ну, может, я утрирую, однако Джефри был чертовски зол. Адреналин подпитывал мое тело, ликование и чувство превосходства наполняли каждую клеточку моей груди, игнорируя маячивший на задворках сознания страх.
- Ты только этого и ждешь, - медленно проговорил он.
- Ты представить себе не можешь, как давно.
Джефри уткнул кончик языка в свою щеку, в глазах его показался недобрый блеск, который моментально вышиб из меня всю уверенность. Его рука двинулась, и я замерла, почему-то ожидая, что он прикоснется ко мне. Джефри никогда не касался меня, частью своего тела и случайно – возможно, но прямых касаний никогда не было, словно я была настолько отвратительна, что даже свои руки об меня он пачкать не желал.