- Как нет?
- А вот так вот! Смотрю на пол – и там её нет!
- Как так?
- Вот! А самое главное – боль-то проходит. Проходит. Как будто не было ничего. И вдруг мой палец, отрезанный, ты представляешь, сам покатился.
- Чего?
- Палец мой, который отлетел, сам покатился ко мне. Катится, катится…
Теперь Пугач был уверен на все сто, что Гоша просто нес откровенную херню. Идиотскую сказку, придуманную его инфантильным воображением. Сказку, которую он рассказывал так эмоционально и так живо, что Пугач был уверен, если бы этот талант можно было бы направить совершенно в другое русло, то с помощью Гоши деньги бы лились рекой в его карман.
- Да ты что?
- Да! Катится он и хоп! На место вернулся. И все! Все как было, – последнюю фразу Гоша прошептал.
- Ну, ты прямо Дэвид Копперфилд! - Пугач уже не скрывал своего безразличия, но Гошу это не останавливало.
- Так вот, видишь ли, дело в том, что это все не сразу происходит. Я бы мог себе снова отрезать палец… – Гоша взял со стола канцелярский нож, который Пугач тут же забрал из его руки.
- Не надо ничего трогать. В смысле я тебе верю. Не надо себе ничего отрезать.
- Вот! Придется долго ждать.
- Вот именно! Я и так уже долго жду! – Пугач посмотрел на часы. – Давай, ты мне эту историю расскажешь потом.
- Всего два желания осталось!
- Три! – поправил его Пугач.
- Два!
- А! Типа последнее – это свобода?
- Да!
- А как он отреагировал на последнее желание? Или ты его обманул?
- Нет, что ты! Я же держу свое слово!
- То есть ты его отпустил?
- А ты хочешь, чтобы я сразу перескочил на конец истории? – улыбнулся Гоша. – Ну, в принципе ладно. Это не принципиально, если ты так хочешь. Короче, пожелал я ему свободу и… Ох! Видел бы ты, что произошло потом. Взмыл он в воздух от радости и давай как ракета – туда-сюда, вверх-вниз. Искры от него так и сыпались. И крики радости: «Свобода! Сладкая свобода!» А потом он приземляется. Смотрит на меня. А глаза у него такие виноватые. И ниц он падет. А потом говорит: «Прости меня великодушный! Тысячи лет в заточении очерствили сердце мое. И не мог даже после освобождения из сосуда заклятого верить человеку. Ибо жадность и корысть в душе людской с рождения заложены. Но ты показал мне, что значит цена слова. Не мог я поступить иначе. Прости меня!»
- Что он имел ввиду?
- Видишь ли, – Гоша потер руки, – поскольку он был связан клятвой выполнять любые требования освободившего его, он бы исполнил и шестое, даже если бы это не было пожелание свободны.
- Я тебя не понимаю.
- Он подстраховался!
- Это как?
- Он был уверен, что все люди жадные, подлые. И он был уверен, что я не сдержу свое слово и обману его. И не пожелаю ему свободу шестым желанием.
- Так что он сделал?
- Эм! – Гоша закатил глаза. – Установил сроки ограничения.
- То есть это все не навсегда?
- Да! Но! – Гоша поднял указательный палец вверх. – Поскольку я сдержал свое слово, он раскрыл мне эту тайну. А если бы я не пожелал ему свободу, кто знает, может быть на следующий день все уже исчезло бы. И было бы справедливо.
- Справедливо было бы закончить это все еще минут двадцать назад!
Внезапно зазвонил телефон.
- Да! – голос Пугача изменился, стал более раздражённым. – Нет! Не выехал! Успею!
Он бросил телефон на стол.
- Доволен? Я из-за тебя чуть с женой не поругался!
- Ой! – вздохнул Гоша. – Прости! Я не хотел, чтобы ты из-за меня с кем-то ругался.
- Не хотел, но получилось!
- Так ведь уже все!
- Вот именно! – раздраженно сказал Пугач. – Все!
Он закрыл верхний ящик стола на ключ и убрал его в карман.
- Всего два желания осталось!
- Да-да! Мира во всем мире, счастья и богатства бездомным! – он выключил монитор и встал. – Чтобы все жили долго и счастливо. Я понял! И чтобы все это продолжалось, ты должен вести себя, как хороший мальчик.
- Нет! Нет! Стой! Подожди!
- Я итак потратил на тебя кучу времени! – он выключил свет и указал на лампу. – Не забудь свою игрушку!
- Погоди! – громко и уверенно крикнул внезапно Гоша. – Почему ты мне не веришь? Это же все правда!
Пугач расхохотался. Он больше не мог сдерживать своих эмоций.
- Гоша! Но почему ты такой мудак? – он потер глаза. – Несколько минут назад это действительно было интересно. Но сейчас это уже даже не смешно!
- Но ты же видел, – Гоша снова задрал худи, – это все. Шрамов нет!
- Лазерная хирургия!
- Но зубы…
- Я вот тоже протезируюсь! – Пугач улыбнулся и указал на свои зубы.
- А «Лошадь»? Ты мне не веришь, что это был я? Но карты! Карты-то не врут! Ты же все видел собственными глазами!