Вахта прошла спокойно. Под конец Егора даже слегка отпустило, дурные предчувствия поутихли. Да и связать их очень хотелось с тем, что ждало их впереди, в космосе, а не с тем, что было под носом.
Чтобы совсем успокоиться, Егор после вахты позвонил жене. Он звонил ей, как только выпадала свободная минута, но минувшие дни выдались уж больно суматошными, поговорить с ней толком не получалось.
Егор устроился в каюте на койке, положил на колени увесистую квантовую рацию и набрал номер жены[2]. (сноска)
.
- Света, привет, - сказал он, когда связь установилась, и лицо жены возникло перед ним на плавающем в воздухе экране. – Как у вас дела?
- Егорушка, - Света улыбнулась ему в ответ, - как же я рада тебя видеть! У нас все в порядке. Хорошо, что ты позвонил. Смотрю, ты постригся? Тебе так лучше, а то лохматый был.
- Постригся? – Егор провел рукой по несильно длинным волосам. – Да вроде нет. Некогда было, работы очень много навалилось. Прости, что долго не звонил.
- Да я все понимаю, дорогой. Постой, Аня хотела тебе кое-что показать. Аня! Иди сюда, здесь папа!
Егор дождался, пока на экране возникнет мордашка семилетней падчерицы, и помахал ей рукой. Аня была дочерью Светы от первого неудачного брака, но не знала другого отца, кроме него, и уже давно называла Егора папой.
- Смотри, что у меня! – девчушка, светленькая, как и ее мать, выставила перед собой грамоту, которую ей вручили за первое место в конкурсе чтецов. Аня училась в первом классе и слыла прилежной ученицей, да и артистичностью ее Бог не обидел.
- Ух ты! – искренне восхитился Егор. – Поздравляю!
- Я читала со сцены отрывок из сказки Пушкина «Свет мой, зеркальце, скажи…» Хочешь послушать?
- Конечно.
Девочка с выражением начала декламировать, изображая капризную и надменную царицу. Егор поразился, откуда у такой малышки взялось кокетство и умение стрелять глазами. Видно, женщины с этим рождаются. Егор ничего почти не знал о ее биологическом отце, но любил девочку как родную. Он был уверен, что и в будущем не станет делать разницы между ней и Кристинкой.
- Ну, все, Анютка, дай и мне немножко с папой пообщаться, - довольно быстро вмешалась Света. – Время сеанса у нас ограничено, а мне тоже хочется.
- Пап, а когда ты приедешь? – протянула Аня с недовольными интонациями. – Я соскучилась.
- Я тоже, солнышко, - ответил Егор. – Как только закончим эксперимент, я к вам сразу же вернусь. Как раз у тебя каникулы начнутся.
- Они у меня уже через полтора месяца начнутся.
- Примерно тогда я и приеду.
- И мы поедем в путешествие? Как в прошлом году? И дядя Вадим с нами поедет?
- Наверное. Мы с дядей Вадимом еще об этом не говорили, но я уверен, он не откажется. А теперь, дай мне немножко с мамой поговорить.
- Хорошо, - Аня вздохнула и подвинулась, давая возможность Светлане появиться в фокусе камеры.
Жена успела сходить за Кристиной и держала ее на руках.
Егор никогда не слыл излишне сентиментальным человеком, но тут у него едва ли не навернулись слезы. Все его любимые женщины собрались вместе и смотрели на него со смесью обожания и восторга. Как же он хотел в эту минуту обнять их! Прижать к сердцу и расцеловать – его самое драгоценное сокровище на свете! «К черту такую работу!» - в который раз подумал он. Он думал так всякий новый день в рейсе, когда тоска по дому начинала зашкаливать, и даже давал зарок, что это его последняя экспедиция. Но вернувшись и насладившись несколькими неделями семейного покоя и радости, он постепенно начинал тосковать уже по «Витязю», по своему экипажу и черноте за окном.
Егор и сам не знал, как в нем одновременно уживаются примерный семьянин и бродяга. Но именно совмещение несовместимого и являлось для него счастьем.
- Малышка как раз проснулась, словно почувствовала, что папочка звонит, - сказала Света. – Смотри, Кристи, это папа!
Кроха пошла цветом волос в отца – упругие темные завитушки украшали ее высокий лобик, а широко распахнутые карие глазки смотрели доверчиво и с толикой интереса.
- Бы! – заявила Кристинка, углядев знакомое лицо, и улыбнулась.
Пухлая пятерня потянулась вперед, желая немедленно схватить папу за нос. Девочка и сама всем корпусом наклонилась к прибору связи, установленному в углу кухонного стола.
- Гылбы! – сказала она звучно и пустила слюни.
- Осторожнее, не надо хватать экран, - предупредила Аня свою сестренку.