Например, она ждала, что после «тайского массажа» и всего, что за ним последовало, Дима разыщет ее прямо с утра и как-то поблагодарит. Марина не осталась в его каюте на ночь, ускользнула со всеми предосторожностями, но утром напрасно ждала его визита или хотя бы звонка. Только в обед они пересеклись, и Дима изволил обратить на нее внимание. Даже урвал поцелуй, пока никто их не видел – но это было совсем не то. В Марине росло глухое раздражение.
А тут еще и непредвиденная встреча с Егором сбила ее с намеченного курса. Искренняя тревога за него наглядно показала, что с появлением Дмитрия в ее жизни ничего не изменилось. Даже суперклассный секс с новым партнером не уничтожило того, что въелось под кожу.
В столовой Марина окружила Егора заботой, несмотря на его холодность, и даже потребовала явиться на осмотр. В те минуты она ни разу не вспомнила о Диме – это был скверный признак.
Впрочем, Егор все равно не пришел. Она ждала его всю ночь дежурства, хотя уже догадывалась, что находка этого чертового Объекта отвлекла его.
- Надо, надо жить дальше, - уверяла себя Марина. – И Дима – это отличный вариант.
Совместная жизнь – дело важное, в котором не стоит полагаться на эмоции, тем более, что какие-то чувства Марина к Лазареву испытывала. Она восхищалась его неунывающим ровным характером и ценила его способность добиваться поставленных целей. У Димы были все шансы выбиться в капитаны, а быть замужем за капитаном - совсем не то, что быть замужем за вторым помощником, между прочим.
Чтобы не сбить настрой, Марина, вместо того, чтобы лечь спать, немедленно отправилась на мостик. Дима сейчас был там – его вахта. Она собиралась пригласить его на романтический ужин лично, а не по каналу внутренней связи, и лихорадочно придумывала причину, по которой могла бы вызвать его для переговоров. Однако вахтенный пропустил ее на верхнюю галерею без лишних слов. Кажется, в этот день на правила всем было наплевать, либо капитан отдал на этот счет особые распоряжения. Нельзя было спускаться лишь в нижнюю рабочую зону, а на галерее мостика толпился самый разный люд.
Марина удивилась, почему не слышала объявления капитана в оранжерее. Видимо, слишком сильно ее мозги были забиты мыслями о личной жизни. Это непорядок. Еще немного, и она начнет пренебрегать своими профессиональными обязанностями и даст веский повод Коростылеву выгнать ее с корабля. Ей следовало собраться и включиться в жизнь, царящую на борту. Это она и попыталась сейчас сделать.
В хорошо кондиционированном воздухе витало напряжения, все так или иначе обсуждали Объект. Марина за своими переживаниями совершенно выпала из общественной жизни, и этот ажиотаж ее поразил.
Она огляделась. Егор отсутствовал (и к лучшему!), но зато она сразу нашла глазами Лазарева, он о чем-то беседовал с капитаном. Невероятно, но подле них стояла Саша Гангурина.
- Опять она? Что она тут забыла? - проговорила Еремизина как бы про себя.
- Вы о ком? – отреагировал на реплику ее сосед, инженера-энергетика Панасенко. – Об Эльзе? Ее задача координировать «штирлицев» и переводить закодированные сигналы в понятный для человека вид.
- Внимание, поступают первые данные! – крикнул дежурный оператор. – Эльза, направь на центральный монитор!
- Принято, - откликнулась ИИ-Эльза. – Делаю подстройку.
Кажется, Марина нечаянно попала на самое интересное.
Гул голосов смолк, и воцарилась взволнованная тишина. Вместе со всеми Еремизина устремила взгляд на экран, занимающий всю правую стену. Роботы разведчики, прозванные «штирлицами», передавали кадры в визуальном режиме. Роботов было трое, и экран тоже делился на три части. Сейчас на них транслировалась примерно одинаковая картинка неизвестного объекта.
По стоящим на галерее наблюдателям прокатился глухой ропот.
- Это же корабль! – ахнул кто-то отчетливо. – Вылитое НЛО.
Другие, более тихие голоса его поддержали.
Объект и впрямь поразительно напоминал космический корабль пришельцев – такой, каким его представляли мечтающие о контакте люди. Вытянутый, как чечевичное зерно, он имел ряд овальных окошек по периметру, и поддерживался в устойчивом положении опорами-шасси. Опустившись когда-то на небольшой валун, он примерз к нему намертво. Трудно было ручаться, поскольку за наростами льда не было видно хвостовой части, но, кажется, у него был полностью обтекаемый силуэт и, значит, он мог передвигаться как в безвоздушном пространстве, так и в плотной атмосфере планет. Было ясно, что он уже давно дрейфует среди обломков кольца. Глубокие трещины на его поверхности могли быть следами метеоритных ударов, но вот какие-то странные темные пятна, похожие на копоть, украшали его нос и, возможно, являлись остатками раскраски.