1. Александра
Работа за центральным инженерным пультом никогда не была сложной, и в обычные дни Саша ограничивалась тем, что бегло просматривала карту маршрутов, корректировала количество роботов на участках и, если надо, отлавливала зависшие или сломавшиеся машины, чтобы устранить поломки на месте. Как правило, с роботами не возникало серьезных проблем – но не в этом рейсе.
Как только «Витязь» покинул станцию, все посыпалось. Боцману даже не пришлось придумывать для Гангуриной дополнительную работу, процесс сам шел по нарастающей. Сначала это было не так заметно, но ошибки множились с каждым днем, а к концу недели разразилась настоящая катастрофа. Горничные не включались или включались самопроизвольно. Вместо того, чтобы собирать мусор, уборщики принимались этот мусор выкидывать. Аппаратура глючила, система вентиляции сбоила, а роботы-ремонтники отказывались выполнять инструкции из-за программных глюков на ровном месте. У Саши буквально в глазах рябило от красных сигналов, вспыхивающих там и тут на интерактивной карте. У нее даже появилась стойкая уверенность, что однорукая диверсантка сумела каким-то немыслимым образом заразить вирусом хорошо защищенные корабельные «мозги».
Она связалась с Никки Лаппо, программистом, отвечающим за функционирование ИИ-Эльзы.
- Не с твоей горничной все началось, - огорошил ее Никки, - Эльза болеет весь последний месяц. Помнишь, когда мы шлюз повредили? Вот с тех примерно пор мы постоянно нивелируем ошибки в прохождении команд. Устали уже ей костыли подставлять.
- Но что же делать?
- Работать! – нервно откликнулся Никки. – Я твою проблему услышал.
- Ты удели ей, пожалуйста, все свое внимание. Если вдруг откажут встроенные системы очистки или фильтрации, нам будет очень плохо!
- Да уж понимаю. Поверь, я и мои ребята трудимся не покладая рук. Пока советую перевести твоих питомцев на индивидуальный режим. Изолируй всех, кто еще способен работать. Ну, а с системами я постараюсь помочь.
Саша сделала, как ей советовали, разрушила «умную сеть», которой так гордилась, а потом отправилась устранять последствия вручную. К вечеру основные узлы уже функционировали в штатном режиме, и Александра, буквально утирая рукой пот, добрела до своего рабочего места, без сил повалившись в кресло. От ползущих перед глазами строчек программных кодов ее штормило. Карта-схема все еще пестрела красными пятнами, но ситуация хотя бы не несла угрозу жизням.
- Потерпите, мои хорошие, - пробормотала Саша, адресуясь сразу ко всем своим подопечным, - отдохну чуть-чуть, и займусь вами с новыми силами.
Саша потянулась к пульту, чтобы переключить картинку, но ее рука замерла в воздухе. Список выполняемых команд добавился новым блоком. Обнаружилось, что законсервированный салон красоты для пассажиров первого класса, точнее его мужской зал, вовсю работает. Кто-то активировал робота-стилиста, робота-брадобрея и робота-парикмахера, включил все вентиляторы и сушилки да еще и заказал пять флаконов самой разной краски для волос. Самое странное, доставка была оформлена на одно имя - на Матвея Брагина.
Александра недоверчиво проморгалась, полагая, что глаза обманывают ее, но строки заказа не изменились.
- Зачем Брагину краска? – спросила она саму себя и прочитала вслух названия: – «Фиолетовая луна», «Кровавый закат», «Брюнет секси», «Снежный король», «Бабье лето»... Он что, всех своих физиков хочет перекрасить?
Конечно, от Матвея можно было всякого ожидать, но с учетом того безобразия, что творилось на корабле, лучше было подстраховаться. Тем более, что сам Брагин, по идее, должен быть занят изучением Объекта, а не торчать в парикмахерской. Не доверяя данным ИИ-Эльзы, Гангурина встала, нацепила по-новой обруч электронных очков и направилась на пассажирскую палубу – проверять лично.
Еще на подходе к салону красоты Саша услышала низкие взрыкивающие звуки, сопровождаемые глухими ударами. От них вибрировали переборки и дрожал покрытый ковром пол пассажирской палубы. В безлюдном месте это показалось ей зловещим. Так, наверное, мог бы вопить и стучать хвостом злобный инопланетный монстр, вылупившийся из яйца, попавшего на борт усилиями однорукой горничной. Гангурина замедлила шаг, не зная, звать на помощь или не позориться и повременить.
Разумеется, леденящие кровь звуки доносились аккурат из салона красоты. Саша постояла перед дверью, набираясь решимости, вдавила кнопку замка – и тотчас на ее барабанные перепонки обрушился адский звон и шум. Это играла музыка. А посреди помещения в окружении услужливых роботов, возвышался Матвей Брагин и тыкал пальцем в каталог, видимо, заказывал очередные процедуры для улучшения внешности.