- Хорошие новости нам нужны, - одобрил Коростылев.
- Мы с Мариной Еремизиной провели небольшой эксперимент. Она подвергла мой мозг стимуляции электрическим током… - Вадим при этих словах нахмурился, и второй помощник, словно спеша оправдаться, зачастил: - Этот метод совершенно безвреден и прост в исполнении. Благодаря ему я смог четче визуализировать свои.. кхм, предчувствия. Марине, считаю, вы с полным правом можете вынести благодарность.
- Получилось заглянуть в будущее? – скептически настроенный Мат верить Георгию не спешил.
- Получилось предотвратить кое-какие неприятности. Поверьте, оно того стоило. На мостике оказалась неисправна ультразвуковая установка для тушения пожара. Ребята пишут, что ее починили. Вот видите, мы справились! Мы не столь беспомощны, как хотят верить наши недруги!
- Ура! – воскликнула Александра, она выглядела по-настоящему обрадованной.
- И впрямь, отличная новость! – подтвердил Лазарев, хотя упоминание Марины неприятно его царапнуло, как и непонятные переглядки второго помощника с капитаном.
- Спасибо, Егор, - кивнул Коростылев. – На этой прекрасной ноте давайте и завершим сходку. Все свободны. Только вас, Дмитрий Максимович, я попрошу немного задержаться.
Дима подтянулся и замер у капитанского стола, провожая выходящих глазами. Саша на пороге оглянулась на него, и Лазарев не удержался – подмигнул ей, вызывая робкую улыбку. «Все же она хорошая девчонка, - подумал он с решительностью, - плевать на ее семью, оставаться друзьями в рейсе нам ничто не мешает. Ну, а в гости к ее деду я и не рвусь».
- Дима, - сказал Коростылев, когда они остались вдвоем, - надеюсь, вы не слишком шокированы сегодняшним сеансом связи.
- Все в порядке, Вадим.
- Прекрасно. Однако задержал я вас не за этим, - Вадим взглянул на него устало, привычная доброжелательность покинула его взгляд. – Мне предстоит сказать вам очень неприятную вещь.
- Да? – растерялся Лазарев.
- Вы человек на «Витязе» новый и, возможно, кое-что упустили из виду, - произнося это, Вадим что-то искал на развернутом перед ним экране. Наконец, закончив, он качнул основу с излучателями, чтобы развернуть картинку к Лазареву. – Я наткнулся на эту запись совершенно случайно, и она мне не понравилась настолько, что я вынужден вас предупредить. Еще раз замечу нечто подобное, вы оба распрощаетесь со своими должностями. Вам понятно?
Дима, красный, как помидор, смотрел на изображение, где он заходил в каюту к Марине Еремизиной, а та, в халатике на голое тело, виснет на нем. Отрывок был небольшим, закрывшаяся дверь отрезала все, что случилось дальше, да и не было там никакого дальше – в тот раз не было. Однако у Вадима имелись все основания влепить подчиненному выговор.
- Я задал вопрос: вам понятно, Дмитрий Максимович?
- Понятно, - ответил он.
- Мы не в том положении, чтобы заниматься обустройством личной жизни или плести мелкие интрижки. Всем этим вы вольны заняться по возвращению на Землю. Но здесь и сейчас это совершенно недопустимо.
- Вадим Игоревич, больше не повторится!
- Свободны!
Дима вылетел из каюты как ошпаренный. Его лицо горело, но в глубине души он был еще и благодарен капитану за то, что тот остановил развитие их с Мариной отношений. Дима сам чувствовал, что все это несвоевременно. Марина буквально взяла его на абордаж, но и он был хорош, не научившись за двадцать четыре года говорить нет соблазнам.
Впрочем, была и еще одна причина. Конечно, у Марины не было миллиардного счета в банке и мамы-султанши, она из простой семьи и сделала себя сама, как и Дима, в этом они были похожи, в отличие от Александры Гангуриной. Однако именно у Саши было то, чего он не видел у Марины – внутренний свет. И к этому свету его притягивало, несмотря на разъединяющие обстоятельства.
Короче, Диме требовалась пауза, чтобы все понять, переварить и обдумать, и капитан ее предоставил.
Еремизина отнеслась к предупреждению серьезно и недовольных истерик закатывать не стала, чего Лазарев подспудно боялся. Она лишь попросила, чтобы он подумал о том, где им провести совместный отпуск, а Дима в тот момент был готов пообещать все, что угодно.
Его жизнь вновь вернулась в привычную колею. Он выполнял свои обязанности, тренировался и пытался расколоть трудный орешек «Хуанди». Накануне полёта к Объекту (что стало делом решенным, хотя и отложилось на непредвиденные три дня из-за сведений Гангура), Эльза предложила ему необычную задачку, за которую Лазарев ухватился с энтузиазмом.
В тот час в тренажёрном зале для пилотов была свободна только одна кабинка симулятора из трех. Расположившись в ложементе и хорошенько пристегнувшись, Дима приложил палец к анализатору, привычно морщась от укола при заборе крови. Зажужжал над головой сканер.