- Ваши медицинские показатели в норме, - сообщила Эльза, – можете приступить. Симуляция сформирована и загружена. Уровень сложности десять из десяти. Однако… - искин сделала неожиданную паузу, - как насчет усложнения задачи?
- Больше, чем десять из десяти? – не поверил Лазарев. – А так бывает?
- Исключительно для вас, Дмитрий Максимович, поскольку вы давно переросли стандартную шкалу распределения нагрузки. Я предлагаю совместить имитацию реального полета и виртуальную игру, которой вы с Брагиным так сильно увлеклись в последнее время.
Дима удивился, что Эльза знает про их с Матвеем вирт-турниры, хотя, конечно, она могла это подсмотреть у искина с «КоБры».
- Представим, что мертвый корабль вовсе не мертвый. Он вооружен и готов пусть оружие в ход. В обычных условиях вы сформировали отличные навыки управления полетом, но как вы поведете себя в бою, при резкой атаке? Я бы записала и тщательно проанализировала ваши реакции. На ошибках можно учиться.
Предложение Эльзы было дельным, и Дима согласился.
- Приложите палец к сканеру вторично, пожалуйста. Требуется ваша электронная подпись, чтобы подтвердить изменения, противоречащие указаниям капитана… Спасибо! Имитация боя сформирована, загружена и готова к запуску. В добрый путь! – и Эльза погасила в кабинке лишний свет.
На флоте «ХимичевСпейс» придерживались концепции, что пилоты должны постоянно совершенствовать навыки. Лазарев знал, что другие компании уделяют гораздо меньше внимания тренировкам и переподготовке персонала, во всем полагаясь на ИИ, но у капитана Коростылева и без особой политики корпорации был пунктик насчет личных достижений. Некоторые избегали подобного давления со стороны начальства, но Диму все устраивало, он любил пилотировать. Причем, с одинаковым удовольствием управлялся с неповоротливым безынерционным кораблем на аннигиляционной тяге типа «Витязя», с реактивным юрким челноком и со стратосферными военными слипперами, прозванными «летающими блюдцами» за их классическую дисковидную форму.
Симуляция началась. На правом верхнем мониторе интегрированного пульта неторопливо поплыл каменный поток кольца. В этом месте он был изрядно прорежен, но ощущение, что перед тобой необыкновенная река, сохранялось. Осколки побольше и поменьше, сверкающие ледяными боками в матовом свете Сатурна, медленно вращались, текли, сталкивались беззвучно, рассыпая радужные брызги газового шлейфа, застилающего видимость на несколько секунд. И хотя скорость потока была высокой, отсюда, из кабинки тренажера, казалось, что танец обитателей кольца вальяжен и нетороплив, и нет никакой трудности увернуться от летящих навстречу обломков.
Появилась и искомая скала с оседлавшим ее кораблем-наездником, помеченным красным. Скала была крупнее своих соседок раз в пять и неторопливо поворачивалась вокруг оси, отчего у Лазарева создалось полное впечатление, будто Объект вот-вот соскользнет вниз и опрокинется ему на голову.
Включились тормозные двигатели. Затем боковые дюзы выдали серию пусков, разворачивая шлюпку и уравнивая ее напротив указанного сектора с сохранением заданной скорости.
- Автоматический этап подлета завершен, - пропела ИИ-Эльза, - плоскость траектории шлюпки максимально совпадает с плоскостью Объекта. Переход на ручное управление согласован.
- Управление принял! - провозгласил он, убедившись, что все системы функционируют исправно.
Нажав несколько клавиш на пульте, он подправил ориентацию шлюпки, чтобы та четко встала на расчетную траекторию. Зашипели двигатели, разворачивая челнок. Дима сжал джойстик, плавно наклоняя его влево и вперед.
Тренировочный полет на то и тренировочный, чтобы ожидать от Эльзы каверзы, но введение элементов боевой атаки еще больше подстегивало азарт. Отказ системы жизнеобеспечения, пожар на борту, выход из строя электронной начинки или сбой сложного агрегата из-за перегрева корпуса – все эти неминуемые следствия усложняли задачу многократно, но пропорционально росло и удовольствие от игры.
Двигатели работали устойчиво и без задержек откликались на приказы пилота. Таймер на пульте бесстрастно отсчитывал секунды. Дмитрий ловко маневрировал между глыбами, войдя в более плотный слой кольца, и уверенно подбирался к цели. Толщина потока здесь варьировалась от 200 метров до 800. Лазарев представлял, насколько сложно было посадить подбитый корабль, с нарушенной центровкой на небольшую каменюку.
Впрочем, размышлять на отвлеченные темы было некогда. Шлюпка летела под углом к эклиптике, в одном иллюминаторе чернел космос, в другом ярко-розовый с коричневыми полосами бок Сатурна. «Время года осень», - машинально отметил Лазарев. (Сноска: каждые 7 лет планета меняет цвет,что традиционно соотносят с условными временами года). Он следил за меняющимися показаниями, ожидая подходящего момента для финального манёвра и торможения в ноль, но тут случилось ожидаемое: зазвенели тревожные сигналы.