Ольга так волновалась, что в скафандре включилась усиленная вентиляция, чтобы сохранить внутри комфортный микроклимат. Хотелось пить, но она боялась, что вода застрянет в горле.
- Внимание всем, - раздалось в шлемофоне, - говорит командир группы Вадим Коростылев. Прослушайте инструкцию. Первое: между собой мы общаемся на втором закрытом канале. Синхронизация у нас автоматическая и постоянная. Все, что мы говорим, слышим только мы. Других мы тоже слышим, но чтобы ответить, придется активировать их канал вручную. «Витязь» сидит на первом. Дмитрий Лазарев, который остается в шлюпке, будет на третьем индивидуальном канале. Если захотите, чтобы ваши слова слышали все, утопите дополнительно тумблеры один и три на переговорной консоли и только после этого говорите. Это понятно?
Ольга и Мат подтвердили нестройным хором.
- Хорошо. Теперь второе. Общаемся предельно коротко и по существу. Эфир глупостями не засоряем. И, наконец, третье: я напоминаю еще раз, что мы держимся вместе, не разделяясь и не отставая. Я иду первым, закрепляю страховку. Второй идет Ольга. Третий номер – Матвей. Вопросы есть?
Вопросов не было.
Поочередно и невыносимо медленно они покинули шлюз и закрепились на небольшой причальной стойке, снабженной скобами и площадками для ног.
Со всех сторон Ольгу окружили звезды, окутанные мерцающим на черном бархате ледяным туманом. Справа под ногами простирались обломки покрупнее: некоторые из них казались неподвижными, ибо двигались с той же скоростью, что и шлюпка, а другие словно бы огибали их в причудливом танце. Скала с причалившим к ней кораблем, наполовину теряющимся в густой тени, была совсем близко. Десять метров пустоты в силу каких-то зрительных галлюцинаций превратились в пустячок, не стоящий внимания. Ольга подумала, что если вытянет руку, то коснется серой глыбы.
- Проверим манипуляторы, - сказал Коростылев.
Ольгу охватила зависть, как слаженно и гармонично двигали Матвей и Вадим своими «руками Шивы». К ее удивлению, Матвей чувствовал себя в скафандре уверенно и казался отрешенным. А вот Химичева не отказалась бы от подсказок искусственного интеллекта. К ее сожалению, десантные скафандры им были не оборудованы – в отличие от туристических, где за человека все делал встроенный ИИ. Сейчас ей приходилось рассчитывать только на себя и свою ловкость.
Вадим следил за ней. Ольга осторожно, стараясь избегать резких движений, развернула кибер-руку, выпрямила ее и повращала кистью захвата. И едва не сбила антенну, находящуюся на корпусе шлюпки у нее за спиной.
- Ничего, не боги горшки обжигали, - сказал ей Вадим. – Вернемся - отметим боевое крещение.
Он надавил третью клавишу на пульте, расположенном на левом предплечье:
- Дима, мы выдвигаемся. Фильтруй инфу для Эльзы.
- Добро, кэп. Я помню, что должен делать. Ни пуха вам!
- К черту!
Прыжок прошел замечательно. Ольга сгруппировалась, как делала это на вирт-тренировках, и благополучно перенеслась со шлюпки на скалу. Вадим страховал ее, но его помощь почти не понадобилась. У пробоины их встречали роботы-разведчики, которые все космонавты звали «штирлицами». Они организовали им все удобства: закрепили специальную лестницу с поручнями, чтобы было удобно взлететь по ней к пробоине, немного расчистили внутренний коридор ото льда и хлама, вывесили прожектора.
Прожектора предназначались именно для Химичевой. Вадим прекрасно ориентировался в темноте от рождения, Матвею закапали в глаза специальные капли, позволяющие видеть при любой освещенности[3], а вот у Ольги обнаружилась досадная аллергия на состав, и это заставило ее пережить несколько неприятных минут. Она боялась, что ее под благовидным предлогом все-таки оставят на «Витязе», но Коростылев просто распорядился доставить на Объект дополнительные источники освещения.
Прожектора наплодили теней. Когда из одной такой густой, как чернильная клякса, на Ольгу вылетел мини-спутник, подмигивающий красным огоньком индикатора, девушка шарахнулась от него с непроизвольным вскриком.
- Что случилось? – Вадиму снова пришлось хватать ее и возвращать на место, благо еще она была надежно пристегнута к натянутым роботами гибким поручням.
- Ничего, - хрипло откликнулась Химичева, - это я так...
- Что, Ольга Павловна, жутко по кораблю-призраку бродить? – послышался веселый голос Лазарева в наушниках. – Шарахаешься от привидений?
- Дима, не забивай помехами эфир, - одернул его Вадим.
- Он сам боится, - мстительно заметил Брагин. – Нас-то трое, а он там совсем один.
- Да ничего я не боюсь, я за вас переживаю, - притворно насупился Дмитрий.
Вадим не торопился, тщательно исследуя рваные и заплывшие тонким слоем замерзшего метана и воды края пробоины. В этой основательной неторопливости проявлялся одна из его особенностей характера, которую Ольга отметила давно. Когда речь шла о важных вещах, Вадим был до крайности педантичен.