- Чур я первым иду в душ! – шутливо потребовал он с порога номера.
- Ладно, - Марина улыбнулась, - но советую не слишком злоупотреблять. Я хочу сделать тебе пикантный сюрприз, и мне надо подготовиться.
Улыбаясь от души, Дима скинул верхнюю одежду и направился в ванную, а Марина осталась примерять драгоценную обновку перед зеркалом.
Когда спустя несколько минут он выключил воду и стал растираться махровым полотенцем, до него донесся голос Марины. Не подозревая ничего дурного он замер и прислушался – и нечаянно услышал то, что вовсе не предназначалось для его ушей.
- Нет, не кольцо, - говорила Марина с кем-то, не догадываясь, что ее подслушивают. - Но я добьюсь своего! Дима женится на мне, вот увидишь. И когда я стану женой первого помощника, а в перспективе и капитана, вот тогда вечно второй помощник и пожалеет. Эта маленькая месть будет греть меня долгими вечерами.
Дима так и стоял с полотенцем в руках, не веря в то, что услышал.
- Ладно, Ир, он сейчас появится, вода перестала литься. До скорого!
Собственно, ничего особенного Марина не сказала. Дима и без того догадывался, что ее планы на него не ограничиваются качественным сексом. Но тон, каким это было произнесено… и слова. Получалось, Мариной двигал банальный расчет, а не искреннее чувство к нему, как он самонадеянно полагал. Вечерами – долгими, что означало тоскливыми - ее будет греть месть, а не любовь и привязанность. Получалось, его использовали как… как мальчишку!
У Дмитрия закружилась голова, и он оперся о кафельную стену, пережидая приступ горькой обиды и разочарования. Можно ли такое простить девушке? Следует ли прощать? Сейчас у него не было ответа. И не было сил, чтобы его искать.
*
Сноска
[1] Интуиция не раз спасала жизнь британского премьер-министра Уинстона Черчилля. Говорят, что политик всецело доверял «шестому чувству», и оно редко его подводило. Так, в ранней юности Уинстон Черчилль отправился в Африку – в те времена молодой человек работал военным корреспондентоми освещал события Англо-бурской войны. Поезд, на котором ехал журналист, подвергся обстрелу, а Черчилль был взят в плен бурами. Однако спустя месяц заточения молодому человеку удалось сбежать. Пытаясь спастись, Уинстон добрался до деревушки и постучался в один из домов. Оказалось, что дом, в который направился будущий политик, был единственным в округе строением, принадлежащим англичанину, а не бурам. Соотечественник в течение нескольких дней прятал Черчилля у себя в подвале, а затем помог ему пересечь линию фронта. Второй раз интуиция спасла жизнь премьера во время Второй мировой войны. Обедая на Даунинг-стрит, Черчилль вдруг встал из-за стола и отправился на кухню. Он приказал слугам немедленно спуститься в бомбоубежище. Спустя час в помещение кухни угодил снаряд. В третий раз Уинстон Черчилль оказался обязанным жизнью своему внутреннему голосу, когда на политика совершили покушение, пытаясь взорвать его автомобиль. Вопреки обыкновению Черчилль сел в машину не с той стороны, где садился обычно. Это и спасло ему жизнь. Позже премьер-министр вспоминал, будто кто-то невидимый сказал ему сесть на другое сиденье. Исследуя феномен интуиции, ученые склоняются к мысли, что внутренний голос есть не что иное, как накопленный в течение жизни опыт. Например, человек видит какие-либо признаки опасности, но полностью осознать увиденное не успевает. Однако, основываясь на этих признаках, мозг молниеносно дает команду, которую мы считаем подсказкой внутреннего голоса. Например, человек инстинктивно останавливается посредине улицы или, напротив, резко ускоряет шаг, заметив краем глаза падающую с крыши сосульку или кирпич. Понять, что ему грозит опасность, человек не успевает, однако мозг точно знает, что нужно делать, чтобы избежать травмы.
2.1.2. Марина
Часть 2. Глава 1
2. Марина
Приятных греческих каникул не получилось. Сначала эта внезапная встреча с родственниками, о чем Дмитрий умолчал, потом и вовсе последовал полный облом. Марина предвкушала чудесный вечер, о чем даже успела похвастаться не вовремя позвонившей подруге, но из душа Дима вернулся с перекошенным лицом и стал молча натягивать на себя одежду. На все расспросы он мычал нечто сердитое, а когда Марина, психанув, решительно потребовала объяснений, заявил, что разболелся зуб.