Ольга снова тяжело вздохнула и резко сменила тему:
- Саш, вот ты все про Брагина в последнее время… а что у тебя с Лазаревым?
Гангурина погрустнела:
- Мне неприятно о нем вспоминать.
- Почему? Со стороны заметно, что он к тебе проявляет интерес. Например, вчера в спортзале Дима нарочно играл за команду синих, в которой была и ты. Раньше он всегда выступал за желтых.
- Это все ерунда!
- Вот ты опять как Брагин – «ерунда»! Дима предпринимает усилия, чтобы быть к тебе поближе. Неужели ты этого не видишь?
- Вижу я все, конечно, - Саша отвернулась, - но толку-то нет, он все равно от своей Марины не уйдет. Ты знаешь, что они собрались сочетаться законным браком?
Ольга возмутилась:
- Это Марина тебе так говорит? Да больше верь ей! Мне тоже Харитонова много чего говорила, ну и где она сейчас, эта лгунья? За того, кого любишь, надо бороться!
- В том-то и дело, что я не уверена, что все еще его люблю, - ответила Гангурина.
- Так давай проверим! Я устрою так, что вы вдвоем с Димой…
- Нет! Даже не думай! И вообще, хватит о нем. У нас есть более важные темы, ты так не считаешь?
- Ох, и дура ты, Александра!
- Пусть я дура, но свое счастье на осколках чужого строить не собираюсь!
- Точно дура, - повторила Химичева, позицию подруги совершенно не понимавшая, - вам бы с Димой поговорить откровенно, и чтобы никто не мешал. Но как хочешь, неволить не буду.
Однако советовать другим всегда проще, чем поступать разумно в собственной жизни. В этом Ольга вскоре убедилась. В самые первые дни после возвращения на Землю она настолько растерялась, что позволила разлучить их с Вадимом, хотя планировала совсем другое.
Яркий контраст между свободой в космосе и многочисленными ограничениями на Земле сбил ее с толку. На «Витязе», несмотря на замкнутость и жесткий устав, у Ольги было больше личного пространства. Она могла отдохнуть в приятной компании, в спортзале или на мульлимедийном тренинг-корте, а вот дома пришлось вспоминать старый распорядок и протокол, ее лишили самостоятельности даже при передвижении, приставив охрану, и постоянно требовали отчета. Люди из Службы Безопасности «ХимичевСпейс» пасли всех участников миссии, доставляя их к месту мероприятия и обратно, но Ольге пришлось хуже всего, уединиться она отныне могла только в ванной. Не шло и речи, чтобы просто поговорить с Вадимом наедине, отец, справедливо опасаясь подвоха с этой стороны, следил за ними с удвоенной силой.
Ольга терпела пять дней, а на шестой взбунтовалась.
- Папа, завтра я уезжаю к остальным! – заявила она прямо за показательным семейным обедом, который в рамках предвыборной компании транслировался на особом канале. Ольга нарочно выбрала момент, чтобы огласить свое решение на всю страну. – За время полета мы сдружились, и я хотела бы оказать поддержку ребятам, которые сейчас вынужденно выступают в роли публичных персон. Им трудно, я знаю. И я должна быть с ними вместе.
Произнеся эту гладкую речь, выверенную накануне до запятой, она мило улыбнулась дрону, зависшему напротив нее с мигающим красным зрачком камерой.
- Там есть для этого специально обученные люди, - крепясь изо всех сил, произнес Химичев. – Чтобы оказывать поддержку и давать советы. Ты нужна мне здесь. Мне тоже, знаешь ли, непросто. К тому же завтра прилетает твой жених, он так долго ждал этой возможности.
- У меня нет жениха, папочка, - все так же улыбаясь, сказала Ольга. – Официально не было никакой помолвки. И признаюсь честно: за время пути я полюбила другого мужчину. Он самый лучший, это знают все. Он спас мне жизнь.
Химичев сжал губы, словно опасаясь, что выдержка подведет и он скажет совсем не то, что можно говорить в прямом эфире.
- Оля, - вмешалась ее мать, желая предотвратить неминуемую бурю, - быть может, следует отложить решение столь важных вопросов до подходящего момента? И не портить аппетит за столом. Это все же не в правилах нашей семьи - походя, за едой, обсуждать такие вещи.
- Мама, обсуждать нечего, - Оля поблагодарила лакея, подлившего ей в опустевший фужер воды, и снова повернулась к родительнице. – Я совершеннолетняя, и у меня есть своя взрослая жизнь. Я лишь ставлю вас в известность, что съезжаю. Я нужна своему избраннику, а он нужен мне.