- Смотрите-ка, кажется, вон там растет шаманское дерево с ленточками, - приставив руку к глазам козырьком, Ольга указала на одинокую березу, четко выделяющуюся на фоне пожелтевшей степи.
- Чур, я первая, я первая ленточку повязываю! – засуетилась Аня. - Мама мне вчера сказала, что если мы встретим особое дерево, то надо повязывать ленточки. Она мне дала несколько. Оля, а у тебя есть такие?
- К сожалению, нет.
- Я с тобой поделюсь, - Аня, достав из рюкзачка пестрый комок тонких ленточек, раздала всем по одной и первой подбежала к дереву.
- Только ленточку нельзя затягивать туго, ведь дерево живое, оно растет, и узел не должен ему мешать, - крикнул Егор. - А концы ленты сделай непременно одинаковыми. Подожди меня, я покажу!
- Нам в школе учительница рассказывала, что отношение к природе должно быть уважительным, а не потребительским. И животных надо уважать, и птичек, и рыбок, - сказала Аня потом, когда они снова сели в машину.
- Людей тоже надо уважать, - сказал Егор.
- А я уважаю! Тебя и маму. И дядю Вадима. И тетю Олю. И дядю Степу.
- Всех надо уважать, даже незнакомых.
- Почему незнакомых? Я же про них ничего не знаю. Вдруг они плохие?
- Пока они этого не доказали своими плохими поступками, к ним все равно надо относиться с добром, – подключился к разговору Степан. - Порядочные люди ведут себя всегда хорошо и не ради кого-то, а для себя. Если кому-то помощь понадобится, следует ее оказать. Мусор за собой убирать. Палку, на которой над огнем котелок вешают, прислонить к камню на видном месте – она другим пригодится. В горах и в тайге не шумят, не ругаются, не плюют на землю. В этом и проявляется уважение.
Сразу за переправой их обступила безмятежная пастораль. Воздух был чист и свеж, и Степан решился-таки открыть крышу. Стало слышно, как вода в студеной речке, изогнувшей русло, чтобы бежать вдоль дороги вровень с джипом, задорно журчит, омывая выступающие с неровного дна разноцветные камушки. Поросший лесом хребет, который летом потерялся бы в синеватой дымке, сейчас виднелся так четко, словно на него специально навели резкость.
- Хорошо-то как! – Ольга раскинула руки в стороны, подставляя лицо плотному потоку.
Аня, покосившись на нее, тотчас последовала примеру и тоже зажмурилась и раскинула руки. А Егор наконец-то полностью расслабился, избавляясь от ставшей такой привычной тревоги. Отпуск вступал в свои права, очищая мысли и чувства от наносного беспокойства.
На место стоянки они добрались к вечеру, и сразу разбили палаточный лагерь. Встали они неподалеку от Денисовской турбазы, где можно было воспользоваться удобствами, услугами врачей, гидов, а при желании баней и магазином. Турбаза располагалась на берегу реки Ануй в полукилометре от Денисовой пещеры, а платки они поставили на сухом высоком берегу ближе к подножию сгорбленной горы, которую местные называли Бабкой. Степан уже бывал тут и знал каждую кочку и травинку.
Ужинать в столовую они не пошли, хотя администратор, навестивший их, предлагал присоединиться к немногочисленным гостям. Ане не терпелось отведать «настоящей туристической каши», и Егор, разложив по всем правилам костер, принялся колдовать над котелками.
Когда солнце скатилось за гору, воздух быстро остыл. В густой тени стало зябко. В синих сумерках они натянули кофты и куртки, предусмотрительно взятые из багажа, и сели вокруг костра. За рекой, напротив их милой полянки, высоко и круто уходили в чернеющее небо остроконечные скалы, поросшие внизу соснами, что цеплялись за камни змеевидными толстыми корнями. Досыта наевшись печеной картошки, рисовой каши с тушёнкой и напившись душистого, настоянного на таежных травах чая, они не спешили расходиться по палаткам. Собственно, началось главное действо: общение, за которое все и ценят дикие походы.
От огня шел жар, спину холодил остывший ветерок, а над головами разлилась звездная безлунная ночь. Было тихо. Только потрескивали сухие сучья, рассыпая снопы алых искр, да изредка ухала в лесу ночная птица.
- Что ж, дамы и господа, - приосанился Степан, - мне кажется, самое время поведать вам легенду о местном привидении.
- Здесь водится привидение? – обрадовалась Аня, и ее глаза заблестели в предвкушении. – Как в средневековом замке?
- Именно. Ее называют Денисовской Белой Дамой, и ее печальную историю следует рассказывать на пороге ночи.
- Почему? Она ночью является?
- Так, будешь перебивать, ничего не узнаешь!
Аня смешливо закрыла рот руками. Степан удовлетворенно кивнул, перевел взгляд на Ольгу, привалившуюся к Вадиму, подмигнул Егору, который эту сказку слышал наверняка не один раз, и заговорил: