Солнце вставало над горами неторопливо, но жаркими своими, ласковыми лучами обещало хороший день. С турбазы слышались голоса и смех, со всех сторон тянуло дымом. С квакающим стрекотом прибыл туристический гравер и сел на специальную площадку в тени сопки.
- Значит, так, капитан, больше ты у костра не кашеваришь! – заявил Лащух, когда шум от винтов стих.
- Надоела моя стряпня? – улыбнулся Вадим.
- Нет, но ты мне ребенка испортишь. Сейчас разбужу ее, пусть подключается к готовке, а то вырастет неумехой.
- Не слишком ли ты сурово за нее взялся? Пусть еще немного поспит перед тяжелым днем.
- Ничего, не сахарная, не растает. Где ей еще вкус настоящей жизни узнать?
- Ей только восемь.
- Я в восемь лет с отцом по таким горам лазал, что не все бородатые мужики преодолеть умели. И по лагерю дежурил наравне со всеми.
- Да ладно. В восемь лет?
- Конечно. Отец мне даже рубить ветки для костра доверял.
- Хочешь вручить ей топорик?
- Ну, топорик она вряд ли удержит, но нарезать хлеб ножом вполне может.
Егор отправился к палатке, чтобы немедленно заняться воспитанием падчерицы, а Вадим с усмешкой взял из контейнера пакетики с походной быстрокашей и засыпал содержимое в кипяток.
Появился Степан, встрепанный и с красными полосами на щеке от спальника.
- Хорошо же спится на свежем воздухе! – возвестил он. – Прости, что не помог с завтраком. Заспался.
- Не страшно. Я справился, - сверкнул улыбкой Вадим.
- Пойду до турбазы прогуляюсь. Гитару верну и заодно послушаю, что там и как.
- На завтрак не опоздай! – предупредил его Вадим.
- Папа, мы вон на том гравере полетим к водопадам? – послышался от палатки звонкий голосок Анечки. – Ух, какой огромный!
- Нет, мы поедем на машине и дальше пешочком прогуляемся. Мы же с тобой не неженки какие, чтобы с туристами кататься?
- Да, мы не неженки! Сразу после пещеры на водопады пойдем?
- Да, обедать будем на Шинке. Пикник устроим.
- Ура! Это круто!
Наконец показалась и Ольга, зябко кутавшаяся в куртку. Она села на бревно, на вчерашнее место, и протянула руки к огню.
- Без тебя я замерзла.
- Прости, - улыбнулся Вадим, - я понадеялся на спальный мешок. Егор его так мне расписывал, что я поверил.
- Спальный мешок, конечно, хороший, но мне стало одиноко. Ты вообще никогда не спишь?
- Сплю, но мало.
Коростылев не сводил с любимой глаз, любуясь ее экономными жестами. Он и мечтать не смел, что будет однажды сидеть с ней у весело потрескивающего костра, укрывать ее плечи пледом от утренней прохлады и с нетерпением ждать очередной ночи, чтобы предаться с ней любви. Не «заняться любовью», а отдаться ей целиком, без остатка. Он до сих пор не мог поверить в то, как ему повезло.
…В пещеру их группа пришла позже всех – Оленин специально договорился с одним из историков, чтобы не толкаться в толпе. Лица Егора, Ольги и Вадима были слишком узнаваемыми, и никому не хотелось превращать экскурсию в шоу или дискуссию на тему «зачем нам космос».
Их гид, солидный ученый с седой шевелюрой, рассказал им, что Денисова пещера с давних времен являлась укрытием для всех: и людей, и животных. Плюсом ее расположения было наличие рядом воды, широкие горизонтальные гроты и отверстия, через которые вытягивался, как через дымоход, дым от костра и падал дневной свет. Слой золы на месте кострища, кстати, достигал 20-метровой толщины, что говорило о том, что огонь на этом месте горел непрерывно в течение тысячелетий.
Первобытные люди пришли в эти места более 250 тысяч лет назад. Они сменяли друг друга (археологи насчитали двадцать три культурных слоя в пещере). Первые европеоиды, представители афанасьевской культуры, использовали Денисову пещеру как загон для скота. Сменившие их скифы превратили удаленные пещерные залы в хранилище для пищевых припасов, чему способствовала низкая температура, сохранявшаяся внутри горы круглый год. Гунны и древние тюрки рассматривали эти помещения как подобие храма и совершали в нем ритуальные церемонии и возносили молитвы.
Раскопки позволили установить, что предгорья Алтая в древности были зоной широколиственных лесов. Здесь росли дубы, грабы и бамбук, водились шерстистый носорог, пещерный медведь, гиена, бизон, архар, дикая лошадь, красный волк и другие животные. В пещере исследователи даже обнаружили след одной человеческой трагедии: откопали фрагменты костей неандертальца, на которого напала гиена. Судя по отпечаткам, он долго умирал в пещере от загноившихся ран.
Анечке все это было очень интересно. Она шла рядом с Егором , не пытаясь убежать или шуметь, и слушала экскурсовода с раскрытым ртом. Вадим и Ольга держались позади всех. Химичева пыталась делать снимки для блога, искала наиболее удачные ракурсы, стараясь ничего не пропустить из пояснений, однако писать звук и одновременно снимать удавалось плохо. Чтобы подбодрить подругу, Вадим однажды уличил мгновение, пока на них не смотрели, и поцеловал ее, шепнув: