- Мы очень осторожно, - заверила Саша, но поджилки тряслись и у нее.
Один только Иван Сомов сохранял завидное хладнокровие. Он заранее предвидел, что пробраться в открытый всем ветрам собор, представляющий собой наружные стены и колоннады, будет проще простого. Не потребовалось даже вскрывать замки, как в туннелях под Ленскими столбами. Провинциальный мирный городок был совершенно не готов к нашествию варваров.
- Саркофаг «Баденохского Волка» в боковом нефе, возле хоров, - прошептал Матвей, сверяясь со схемой.
Они нырнули под стрельчатую арку и оказались на лужайке, в которую превратился пол собора. Только у стен кое-где сохранились остатки потрескавшейся плитки, в чьих швах упорно прорастала неистребимая осока.
Место последнего упокоения графа Бьюкена они нашли быстро. Тут, под уцелевшими сводами нефа было совсем темно и жутковато, пришлось включить фонарики, чтобы хоть так немного приободрить себя и не пропустить чего-то важного.
Время и погода не пощадили саркофаг. Его крышка изобиловала трещинами, барельефы стерлись, а надпись на латыни, бегущая по ободу, стала едва различима. Сигнализации или силового поля, укрывающего артефакт, заметно не было, и Иван сделал знак Брагину подойти ближе и помочь ему. Однако Матвей застыл перед гробницей, водя фонариком по каменной фигуре рыцаря в латах, лежащей поверх крышки.
Саша невольно жалась к физику, рассматривая остатки резных картин на стене. Угадать их сюжет в сумрачном вечернем свете было затруднительно, да и библейские мотивы она знала слишком плохо, чтобы с ходу их опознать.
- Ну, чего вы ждете? – спросил Иван, сжимавший в руке ломик. – Матвей, вставайте с того края и поднатужимся.
- Постойте минутку! – Гангурина вдруг опустилась на корточки и зашарила руками в перчатках в щелях между саркофагом и стеной. – Вдруг это спрятано снаружи, в тайнике? И не надо будет ничего ломать. Посветите мне!
Сомов сделал, как она просила. Но тут на лице Брагина, с которого и так схлынули все краски, внезапно отразился первобытный ужас:
- Там кто-то есть! Я слышал звук, - и он вытянул руку, указывая по направлению густых теней. - Сюда идут!
- Неужели мы все-таки задели какую-то сигнализацию? – перепуганная и красная от стыда Александра вскочила, отряхивая колени от налипшего сора и заодно размазывая плотной перчаткой влажную грязь. - Прячемся или поговорим?
- Прячемся! – прошипел Брагин, но их уже заметили.
Приближавшийся мужчина был стар, хром, и они могли бы от него убежать, но Саша засуетилась, замешкалась. Мат дернул ее за руку, понукая, и, запнувшись за вздыбленный на корнях осколок плитки, девушка упала, больно стукнувшись плечом об угол саркофага.
- Черт бы побрал этого Коврова, заславшего нас сюда! – Матвей, костеря своего затейника-учителя на все лады, принялся поднимать Гангурину. С другой стороны ему на помощь поспешил Сомов.
- Так-так, что тут за незадачливые расхитители гробниц? - Их копошащийся и ворчливо шипящий клубок осветил мощный фонарь. - Да еще поминающие всуе имя великого ученого современности Романа Коврова!
Матвей разогнулся, заслоняясь от бьющего в глаза луча:
- А вы сами-то кто такой? – с невероятной наглостью поинтересовался он.
- Мэтью? – первоначально говорил мужчина на интерлингве с сильным гортанным акцентом, но, опознав Брагина, перешел на английский. – Мэтью Брагин, так и есть – собственной персоной! Знаменитый создатель «КоБры» с ломом в руке явился ковырять плиту 15 века! И компанию с собой притащил. А меня предупреждали, говорили, что Брагин - нахальный молодой человек, а я, старый дурак, не верил. Как, думаю, у такого мозговитого профессора – и такой невозможный ученик? Быть же не может!
- Отчего это я невозможный? Мы пока еще ничего не разбили и не похитили, – хорохорился Матвей. Он оглянулся на Сомова, уверенный, что телохранитель, если потребуется, справится с пожилым человеком одной левой.
- «Пока не разбили», - передразнил пожилой человек. – А ломики вам зачем? Не стыдно? Никакого уважения к старине.
Саша, поставленная наконец на ноги Сомовым, отпихнула Брагина, и выступила вперед. Ей было жутко неудобно, но следовало спасать положение:
- Простите… нам очень стыдно, правда… Но вы, похоже, были знакомы с Романом Ковровым?
- С чего это такой вывод, юная леди?
- Просто вы так говорили, что… похоже, будто он вам про своего ученика лично рассказывал.
Старый смотритель подошел ближе, рассматривая странную троицу. Стали заметны глубокие вертикальные морщины на его лбу, синяки под впалыми глазами и седая щетина.
- Коврова я знал, и Мэтью Брагина тоже видал на Хильде. А вот вы кто такие? Вроде бы и ваше симпатичное личико мне знакомо... Вы с «Витязя»?