- Ты единственный сумеешь смоделировать иную реальность, - произнесли ее потрескавшиеся губы. – Или ты забыл об этом?
Матвей молчал, потому что не знал, как общаться с незнакомкой, претендующей на его руку и сердце. Судя по поведению Дмитрия, девушка была ценным приобретением – даже со сломанной рукой и температурой. Вон как бравый помощник капитана подтянулся и мгновенно убрал с лица дурацкую ухмылку, стоило Энн бросить в его сторону беглый взгляд. Однако сам Матвей совершенно не понимал, что ему с ней делать. Он ее не звал, не завоевывал и был, откровенно, не слишком рад ее появлению, которое все усложняло. Но и признаться, что присутствие инопланетянки его совсем не волновало, он тоже не мог. Очень волновало. Даже в этот момент, когда в крови бродила порция успокоительного, он чувствовал жар, охватывающий тело в ее присутствии.
- Что же ты молчишь? – спросила жена.
«А что говорить, когда сказать нечего?» – вяло подумал Матвей. Ему захотелось с силой потереть лицо, потому что оно казалось тяжелым, набухшим, и что-то невидимое давило на глаза и лоб. Он медленно, как во сне, поднял руки и прижал ладони ко лбу, но ничего лишнего не обнаружил. Пощупав виски, щеки, подбородок (ну вот, этим утром опять забыл побриться), он так же медленно опустил руки на колени и застыл.
- Мат, правда, пойдем к остальным? – просяще сказала Саша. – Мне очень жаль Мойну, она была хорошим человеком, но если в наших силах все повернуть вспять…
- Матвей, давай руку! – жена решила действовать еще более радикально. Она отошла от аппарата и наклонилась к нему. – Я тебе помогу.
Матвей не хотел, чтобы ему помогали. Тем более она. Он отвернулся, чтобы не видеть ее. Взгляд скользнул по стене, по полу, на котором был намалеван красным крест и змея. Наверняка это была кобра - вон как капюшон раздула, чтобы в чашу плюнуть. Или кобры не плюются, а кусаются?
Пискнула капсула скорой помощи, и Мат оглянулся. Кажется, внутри кто-то лежал. Мелькнула надежда, что там Мойна, но старушка была бесповоротно мертва, это он помнил ясно. Никакие инопланетные технологии были неспособны ее оживить.
- Хватит валять дурака, Мат! – подключился к уговорам и Лазарев. – Мы прыгаем вокруг тебя словно… словно кота из-под дивана выволакиваем. Имей совесть!
«А кстати, - подумал Мат, - откуда они меня выволакивают? Что это за помещение?» Он с недоумением разглядывал шкафы с какими-то коробочками, баночками и колбочками. Диагностические аппараты. Кушетки, как в больнице. «Мы прошли сквозь Врата богов, а оказались в госпитале?»
- Мат, ну пожалуйста, - прошептала ему на ухо Саша, которая снова оказалась сидящей рядом с ним на полу, - пожалуйста, возвращайся к нам!
- Ладно, - произнес он хрипло и с неохотой, но Саша заслуживала ответа. - Чего вам от меня надо?
Он проигнорировал руку, которую Энн без устали тянула к нему, и встал сам, держась за холодную стенку. А потом поднял Сашу.
- Нам надо, чтобы ты кое-что объяснил, - быстро вставил Лазарев. – И помог понять, насколько правдивы хозяева Лабиринта короля Артура. Мы тут у них уже блуждаем, блуждаем… окончательно запутались.
Энн неодобрительно качнула головой. И сама покачнулась. Лихорадочный румянец ей шел, но он был нездоров.
- Мы телепортировались в Диснейленд? - буркнул Брагин, косясь на нее и спрашивая себя, куда делась Марина. Марине положено всех лечить, а Энн, похоже, бросили на полпути. – Какой еще король?
- Так называется их тайная база в Уэльсе. Так ты готов включиться в работу или хотя бы включить свою умную голову? Давай, Мат, просыпайся наконец!
Мат снова опустил взгляд на нарисованную змею. Кобры водятся в тайных лабиринтах? Наверное, водятся… Но лучше бы водились «КоБры». Надо было не слушать эту якобы жену, болтавшую про три дня в запасе, а слушать Лазарева, предлагавшего все ценное сразу перевести в безопасное место. Дима его друг, он плохого не посоветует.
- У меня больше нет прототипа, - констатировал Мат. – У меня нет компьютера для вычислений. У меня ничего нет, даже острова с домом.
- Зато у тебя есть мы, - заявил Дима. – Эй, разве этого мало?
Саша, торопясь увести Матвея от рисунка кобры, который он старательно гипнотизировал, подхватила его под руку и потащила из стерильной медкомнаты через распахнутую дверь куда-то в темный коридор. Энн и Дмитрий шли следом. Поднявшись по неширокой лестнице, они оказались в более светлом помещении, похожем на приемный зал какой-нибудь бюрократической конторы. У окна, выходящего на залитую солнцем лужайку, громоздились горшки с растениями. В углу стоял кулер с водой и столик с низкими креслами. На стенах висели старые бумажные плакаты с надписями на английском. На одном из них были нарисованы горы и мужественные лица альпинистов и альпинисток. Другие Мат рассмотреть не успел. Их процессия вывернула из холла через еще одну дверь на широкую открытую веранду. Веранда была в тени, но там было теплее, чем в помещении, проветриваемом кондиционерами.