На задворках жаркой точкой еще теплилась надежда об ошибке, о том, что Света жива, но Егор подозревал, что никакого чуда не будет. Он сегодня потерял свою любимую навсегда. Он никогда больше не увидит ни ее, ни Кристинку.
- Папа, - послышался тонкий голосок, и Аня попыталась оторвать его ладони от лица, чтобы заглянуть в глаза, - папа, а когда мы к маме уже прилетим?
Ее сердечко тоже чувствовало беду, и повисшая в салоне тяжелая атмосфера давила на неё, заставляла искать точку опоры, но Егор ничего не смог ей ответить, не смог ее поддержать. Он просто онемел от осознания свалившейся на него чудовищной утраты. Окружающий их мир стремительно падал в разверзшуюся бездну, но сам Егор упал туда гораздо раньше. Упал и разбился вдребезги.
* сноски
[1] Феномен сверхчувственного восприятия известен космической медицине с самых первых лет. Некоторым космонавтам во время наблюдения с орбиты земной поверхности удавалось видеть все до мельчайших подробностей через обычные иллюминаторы без спецприборов. Происходило это всегда спонтанно. Например, космонавт отдыхал и вдруг начинал видеть невооруженным глазом (а порой и сквозь обшивку) деревья, машины, корабли с экипажем на палубе. Сначала космонавты это скрывали, боясь попасть в лапы психиатров, но постепенно лавина наблюдений вышла из под спуда и стала достоянием специалистов. Нечто подобное происходило и в сурдокамере при тренировках – в звукоизолированном помещении, где космонавты проводили несколько суток, выполняя разные тесты. Порой у испытателей проявлялись слуховые и зрительные галлюцинации. Они небыли хаотическими, а напоминали сеансы ясновидения. Внутренний(или посторонний?) голос подсказывал им верные ответы на тесты и задачи, рассказывал, что делают за стенами лаборатории врачи, можно было увидеть происходящее за много километров (что поде подтверждалось). Объяснений феномену СЧВ нет, но космические медики уже не считают это признаком помешательства.
[2] Датаизм происходит от «Биг дата», что означает «объем данных». Юваль Ной Харари, израильский профессор истории и автор международного бестселлера «Sapiens: Краткая история человечества», однажды написал: «Подобно тому, как божественная власть была узаконена религиозными мифологиями, а человеческий авторитет — гуманистической идеологией, высокотехнологичные гуру и пророки Силиконовой долины создают новую универсальную историю, которая узаконивает авторитет алгоритмов и Big Data. Это новое вероучение можно назвать «Датаизм». В своей крайней форме сторонники датаизма воспринимают всю Вселенную как поток данных, а организмы для них — нечто большее, чем биохимические алгоритмы. Высшее призвание человека — в том, чтобы создать всеобъемлющую систему обработки данных — и затем влиться в нее». Хоть это метафоричное описание значительно гиперболизировано и больше похоже на утопию, по факту оно не так уж и далеко от реальности. «Биг дата» - это ключевой элемент всего современного информационного пространства
2.7.3. Марина
Часть 2. Глава 7
3. Марина
Из Уэльса до Крыма они добрались очень быстро. Стремительное путешествие по тоннелю, напоминающее езду в пневмометро, закончилось в ничем не примечательном пещерном зале, скудно освещенном через естественные окошки где-то высоко вверху.
- Мы сейчас на нижнем плато Чатыр-Дага, - предупредила их Энн Хаус, программируя капсулу вагона на немедленное возвращение в удаленный подземный гараж. - Будьте осторожны, здесь могут быть туристические группы. Местность не огорожена, и табличек с предупреждениями нет.
- Так это из-за случайных любопытных зал прибытия выглядит таким диким и неухоженным? – спросил Дмитрий, оглядываясь с весьма скептичным видом.
- Мы знаем, что следы искусственной обработки подстегивают местных олухов, - ответил Мартин, – но мы все-таки оставляем инфразвуковые излучатели. Секреты должны оставаться секретами.
Как оказалось, опасность для них представляли вовсе не любители полазать по пещерам, а три беспилотника, устроившие между собой эпичную заварушку прямо над Чатыр-Дагом. Взрывы и стрельба стали слышны еще в пещере, но путешественники и представить не могли, до чего на самом деле докатился мир. Выбравшись на залитую солнцем площадку перед неприметным входом в подземелье (им даже пришлось проползти метров пять в узком колодце), они с замиранием сердца вглядывались в воздушное сражение.
- Не успели мы толком очухаться от одной битвы со спятившими роботами, как оказалась в эпицентре другой, - пробормотала Марина.
Она заметила, что Саша жалась к Диме, и Сомов намеренно встал так, чтобы защитить их от возможной атаки со стороны плато. Мартин проделал то же самое по отношению к Энн и крайне сонному Матвею. Брагина они даже поддерживали, чтобы он стоял твердо на ногах, а вот бедной Марине совсем не на кого было опереться.