- Мы тут с ума сходим, а вы развлекаетесь?
Он, улыбаясь, перехватил ее руку:
- Какая ты воинственная! Ну, что за привычка, чуть что – сразу драться?
- Думаешь, только тебе руками махать позволено? – Саша сердито сверкнула глазами и тотчас переменилась в лице, разглядев ссадины у него на скуле: - Тебе очень больно?
Она нежно прикоснулась к его щеке, и Диме сделалось так хорошо, словно он выиграл крупный приз.
- Совсем не больно, - ответил он, накрывая ее ладонь своей.
- Вы рисковали! Вам же еще на станцию лететь, а вы… неразумный поступок.
- Мы же не могли пройти мимо, когда обижают хороших людей.
Саша посмотрела вниз, где по-прежнему царила суета.
- Ваня где?
- В полиции рапортует. Не беспокойся, скоро придет, он парень самостоятельный. А в его отсутствие я тебя охранять буду.
- Идем, - она потянула его вглубь коридора, - тебе стоит умыться и обработать ссадину. Не будем отвлекать Марину, я сама справлюсь. В спальне на подоконнике стоит бальзам, мы Ане царапину сегодня обрабатывали… она слегка поранилась, когда вздумала залезть на дерево… только Егору не говори, что я за ней не уследила.
Волнуясь, она бубнила что-то и бубнила, а Дима, не особо вслушиваясь, шел за ней, полагая, что Саша просто хочет увести его подальше от чужих нескромных взглядов. Однако девушка и впрямь привела его к дверям женской спальни.
- Подожди меня тут, я принесу баночку. И, если хочешь, ту рубашку… порванную. То есть мы ее зашили… ты можешь переодеться...
Дима в последний момент перехватил ее и развернул к себе лицом.
- Не убегай! Пожалуйста...
Саша замерла, но почти сразу проявила намерение высвободиться, однако Дима не позволил. Он повернулся так, чтобы девушка оказалась между ним и стеной, и оперся рукой о подвернувшийся косяк, не решаясь прикасаться к ней, чтобы не напугать. Он даже поцеловать ее боялся, хотя Саша стояла очень близко. Было заметно, как вздымается беспокойно ее маленькая грудь под тонким халатом.
- Мы Анечку разбудим… – прошептала Саша.
- А мы тихо, - выдохнул он, находя ее губы.
Саша с каждым разом целовалась все более умело и дерзко, но Дима сдерживался, хотя и с большим трудом. Им предстояло еще долго идти навстречу и узнавать друг друга, открывая оттенки страсти. Дмитрий инстинктивно понимал, что с Сашей спешить нельзя. Она заслуживала красивых ухаживаний, стихов, свиданий… И все это обязательно у них будет. Он не позволит ей ничего забыть!
- Ты расскажешь, что там у вас произошло по дороге? – спросила Саша, отворачивая смущенное лицо. – Кто эти раненые?
- Жертвы бандитского произвола, - Дима немного отстранился, сознавая, что девушке нужна передышка. Да и ему тоже.
- Вы их спасли от смерти? Это так… благородно. Как ее зовут?
- Кого?
- Ту, которую ты нес на руках, закутав в собственную куртку.
- Не знаю. Она не разговаривала. У нее шок.
- Ты ей понравился.
Дима подавил смешок и, не удержавшись, ласковым жестом пригладил соблазнительные кудряшки.
- Улыбаешься? Зря! Я бы тоже влюбилась в своего спасителя. Я видела, как она обнимала тебя за шею.
- Ты ревнуешь.
- Вот еще! Просто констатирую факт. Благородных рыцарей любят все девушки, и получается, мне придется с этим мириться. Ты ведь не изменишься, да и не хочу я, чтобы ты менялся, но это как-то… несправедливо! Я ведь ничем не выделяюсь, я самая обычная. А ты... очень необычный, и это... немного напрягает.
Ревнуешь, - повторил Лазарев, довольный, и наклонился, чтобы подарить ей еще один пылкий поцелуй.
Саша хотела избежать его, но сдалась слишком быстро, чтобы Дима всерьез поверил в ее нежелание.
- Я не изменюсь, - пообещал он, отрываясь от ее губ только, чтобы заверить ее, - но любить буду только тебя. Клянусь! И кстати, ты не обычная, ты объективно самая лучшая! Пусть другие, если хотят, завидуют тебе, а я на них даже смотреть не стану.
- Это ты сейчас так говоришь… а потом, когда поймёшь все про мою семью...
- ...то все повторю! Саша, я тебя всегда любил и буду любить, во всех временных измерениях и петлях. И ту записку в горничной мы с тобой вместе писали, потому что знали, что так – правильно.
- Наверное, ты в прошлом не знал, что мой дед – чудовище.
- Да при чем тут твой дед?
- Если даже он плохой, то представь, каковы все остальные? Во мне течет их кровь! А яблоко от яблони…
- Нет, – запальчиво прошептал Дима, - ты совсем другая! Ты нам всем очень помогла, хотя тебе и было трудно принять это решение. Возможно, благодаря твоей помощи, Гангур пошел по ложному следу, и мы все сейчас живы.
- Вот видишь, ты даже не сомневаешься, что мой дед способен отдать убийственный приказ! Зачем я тебе нужна такая?