- У Матвея тонкая нервная организация, и он давно пребывает в состоянии повышенного стресса, - ответила Марина, - так что вчерашнее столкновение с разбойниками вполне могло послужить последней каплей.
- Когда появится ясность? – спросил Вадим.
- Проведу углубленные исследования, прослежу за динамикой, - пообещала Еремизина, – вас тоже осмотрю: вы контактировали и с Серым, и с Брагиным. В самом худшем случае придется посадить весь дом на карантин.
- Этого еще не хватало!
- Если бы в подземном городке циркулировала зараза, мы бы все скопытились, а не только Матвей, - с сомнением проговорил Лазарев, - да и признаков серьезной эпидемии я у них там не заметил.
- Нам могли не показать, - резонно заметил Вадим. – Что ж, переезд откладывается.
- Нет, вы потихоньку продолжайте собираться, - подумав, разрешила Марина, - если это чрезмерная реакция на стресс, чего от Брагина вполне можно ожидать с его лабильной психикой, то я быстро поставлю его на ноги.
- А если это не стресс, возьми у меня кровь, - сказала Энн, - у нас с Матвеем одинаковые группа и резус. Мой организм усовершенствован таким образом, что способен подавлять любые патогены, включая инфекцию, циркулирующую на Канопусе. Можно изготовить сыворотку.
- Буду иметь в виду, - ответила Марина и отправилась на поиски Егора, чтобы уточнить у него кое-какие важные моменты.
Лащух паковал в гараже вещи, на которые указывала Саша. В роли командирши Гангурина смотрелась забавно, и кажется, она даже не осознавала, как сильно изменилась за минувшие месяцы. Из серой тихой мышки превратилась в знающую себе цену молодую леди. Похудевший боцман слушался ее беспрекословно. «Мы, наверное, все изменились», - подумала Еремизина отстраненно.
Увидев ее, Саша прервалась и спросила о Брагине.
- Ему придется сегодня отлежаться, - уклончиво ответила Марина. Одно дело обсуждать пациента с женой и начальством, несущим ответственность за всю их группу, и другое – со всеми подряд. – Егор, можно тебя на минутку? Хочу узнать, что произошло, пока вы сидели с Матвеем в машине. Он ругался, кричал, переживал, когда ждал возвращения капитана?
- Да вроде бы ничего такого… - Лащух на секунду задумался. – Все как всегда. Сначала Мат рвался в бой, собирался стрелять по врагам из пушки, которая была у Энн, но потом затих. Сидел, кусая губы. Напряжение было высоким, конечно, особенно, когда мы услышали выстрелы...
- Он точно не направлял на себя это оружие? Нечаянно… оно могло сработать так, как мы и не ожидали. Или, может быть, что-то произошло в пещере, например, он попал под облучение?..
- Таких инцидентов точно не было. Но в пещере Мат сильно расстроился из-за «КоБры», - вспомнил Егор. – Она оказалась совершенно в разобранном состоянии. Эти военные под предводительством Серого что-то там нахимичили, и Мат сердился, что установку полгода придется калибровать. Хотя про «полгода» он, наверное, преувеличил.
- И что нам теперь делать, если «КоБру» разобрали? – с беспокойством спросила Саша. – Мне никто не рассказывал, что все так плохо.
- На самом деле, какой-то план у них в итоге возник, - пояснил Егор, - Брагин всегда дерганный, его мало что устраивает, а в Зоне был ученый из военных, некий полковник Сухаркин, Мат с ним долго совещался, экзаменовал, но потом вроде бы они о чем-то договорились. Признаться, меня к переговорам не допустили, там только капитан участвовал. А нас с Димкой и Ваней вместе с охраной держали.
- И вы на обратной дороге ничего не обсуждали?
- Матвей сказал, надо думать, отчаиваться рано.
- Кошмар какой, - выдохнула Александра.
- Ладно, будем надеяться, что все обойдется, и завтра Мат будет как огурчик, - вздохнула Марина. – Однако я бы просила вас обоих, не затягивая, заглянуть ко мне в подсобку, чтобы сдать анализы.
- Я-то тебе зачем? – спросила Саша.
- Если это неизвестный вирус, мы все контактировали друг с другом. Но я пока просто перестраховываюсь.
Марина действительно надеялась, что недомогания Брагина связаны с повышенной нагрузкой на нервную систему, и назначенная ею терапия быстро принесет свои плоды. Стресс, даже давно пережитый, может гнездиться в воспоминаниях и при каждом рецидиве возвращать впечатлительного человека в состояние нервозности. Такое раскачивание организма, естественно, будет вызывать физический дискомфорт, и мозг будет пытаться сжечь «психический вирус», нагревая пространство кожного покрова. Матвей слишком сильно переживал из-за того, что не справится, много работал и мало спал. Результат подобного пренебрежения к собственному организму не заставил себя ждать.