- Мы все возьмем: и глушилку Гангура, и инопланетный «стелс», - сказал Матвей. – Я напомню вам о заданиях, чтобы вопросов не возникало, и, наверное, разойдемся. А то мне еще кое-что проверить надо. Итак, Егор обрабатывает Марину и работает с внутренними протоколами Эльзы. Вадим, который так и не пришел, будет заниматься ИИ-Зевсом и передвижениями службистов. Он изучил устройство станции, включая секретные протоколы – спасибо твоему деду, Саша.
Гангурина порозовела.
- Дима, - Брагин повернулся к Лазареву, отрывая его от созерцания Александры. – На тебе роботы, передвигающиеся по станционным коридорам и по кораблю. Наш путь должен быть всегда свободен от этих мелких шпионов.
Дима махнул ладонью, что означало: «Задачу давно понял».
- Понятно, что я занимаюсь «КоБрой» и вношу правки в протоколы искина Коврова. Последнее очень важно, потому что мы знаем, что оба наших искина заражены «цифровым демоном». Его влияние до конца исключить не получится, но кое-что мне Сухаркин подсказал, попробую провернуть.
- Матвей, а вот я не понимаю… - начала Химичева. – Как «демон» смог заразить Эльзу до того, как мы с ним встретимся в реальности? «Витязь» еще пристыкован к станции, и никто про Объект не слышал. Наверное, это глупый вопрос, но я, честно, никак не могу догнать…
Брагин криво улыбнулся:
- Вопрос на самом деле совсем не глупый. У меня самого постоянно присутствовало чувство, что я упускаю чего-то важное. Но недавно меня осенило, и все встало на законные места. Дело вот в чем. Все, что происходит и происходило в петле, случается сразу и одновременно. Повторяю: не раньше, не позже, а именно сейчас, в данную минуту. Путешествие во времени не предполагает полноценного возвращение назад, так как этого «назад» для путешественника не существует. Для нас четверых это будет не прошлое, а будущее. Для наших двойников, которые одновременно с нами прибудут на станцию, это тоже будущее, они не знают, чем все закончится. И наконец, для наших оригиналов будущее тоже пока не наступило. Понимаешь, Оля, путешествуя во времени, мы при любых условиях движемся вперед. Даже когда физически возвращаемся назад.
- Это жуткая головоломка, - нахмурилась Химичева.
- Согласен. Обычная реальность – это наша психологическая уютная ниша, это трехмерное место, где вещи происходят со временем, перемещаясь в четвертом измерении. Но на самом деле это нечто иное. Наша петля - это четырехмерное место, где ничего не происходит или происходит одновременно, взаимно изменяясь и подстраиваясь. В петле все запутано между собой: прошлое, настоящее и будущее. Ну, это как матрешки, вложенные друг в друга. В любой момент у человека присутствует, конечно, иллюзия, что прошлое уже произошло и неизменно, а будущее еще не существует и потому его легко изменить по своему хотению, но это не так. Можно внести в канву событий точечные изменения, но по крупному можно все поменять, лишь все сломав и выстроив заново. Мы не будем ничего ломать, поэтому наши изменения размазываются ровным слоем по всем матрешкам. Затрагивают сразу и прошлое и будущее.
- Это как? – Лазарев переглянулся с недоумевающей Ольгой. – Мы прилетаем на станцию, не зная, что нас ждет, но в то же время будущее уже существует и предопределено?
- Будущее не просто предопределено, - поправил Мат. – Оно влияет на прошлое. Вернее, оно своим существованием уже изменило прошлое. Ведь стрелы времени не существует, она – иллюзорна. Объект с Распорядителем внутри не нуждается в психологическом комфорте, он осознает себя во всех координатах на шкале поступательного движения. Мы, люди, не знаем, что будет, мы прячемся от хаоса за иллюзиями. А Распорядитель знает, потому что лишен иллюзии того, что мы называем временем. Он свободно перемещается между своими копиями, и потому с ним так сложно бороться. Распорядитель, зная о динамике ситуации, уже успел заразить ИИ-Эльзу. Он ждет нас на станции и на корабле. Он будет наблюдать за нами, хотя и ограничен в ответных действиях из-за закона о точечных воздействиях. Он думает быстрей нас и принимает решения мгновенно. Он может реагировать на наши изменения в режиме реального времени. Нам не стоит о нем забывать, это - война. И никто из нас не желает умирать.
- Выходит, Объект в курсе, что мы ведем на него охоту, - сказала Саша. – Он в курсе, что мы хотим его уничтожить. И что мы его в конечном итоге обязательно уничтожим.
- Да, он это знает, - кивнул Брагин, - потому он и стремится убить нас прежде, чем у нас получится вернуться назад во времени. Наши шансы победить его не равны ста процентам, и Объект этим пользуется. На его стороне закон вероятности. Он борется, как и мы, до конца.