Саша кивнула.
- Меня мучает этот парадокс, - сказала Химичева. – Еще с тех пор, как я пасла коров на нашей ферме. Мама была помешана на натуральных продуктах и ненавидела все генномодифицированное. Она и сейчас это ненавидит. А я хочу понять, как же получилось, что технологии, доступные каждому человеку вне зависимости от величины его банковского счета, объявляются презренными дешевками, и это считается нормальным. Водитель-человек – это хорошо, а суперсовременный гравилет, снабженный искусственным интеллектом, – это плохо.
- Проще всего считать, что богатые хотят выделяться, - тихо произнесла Саша. – И, по-моему, это здорово, что продвинутая медицина и техника стали доступны всем, а не только очень состоятельным людям. Разве что космические путешествия пока остаются элитным продуктом. Работать на каком-нибудь земном заводе мне бы не позволили, но с космическим кораблем мои родственники смирились.
- А они знают про Вадима?
- В каком смысле?
- Что капитан «Витязя» - усовершенствованный биохакерами человек[2]?
- Это не секрет, - ответила Гангурина, быстро опуская глаза. – Вадим Игоревич не скрывает данный факт, а твой отец всему миру растрезвонил о том, что у него демократия и справедливость, и дети не отвечают за поступки отцов. Возможно, это ширма, но мой дед на семейном совете одобрил его подход. Неокатарсизм не должен перекликаться с призывами к расовой чистоте. Мои родственники не любят роботов, но воевать с живыми людьми, пусть и с искусственным геномом, не станут. Они не фашисты.
- Хорошо бы и мои родители разделяли мнение, которое озвучивают публично, - с горечью заметила Ольга.
- Но капитан Коростылев является гордостью империи Павла Химичева, разве нет? – напомнила Саша. – Я слышала выступление твоего отца, где он призвал оставить в покое генномодифицированных. Мой дед одобряет это. В «Иволге» тоже работают люди с искусственной ДНК.
- Да брось, Саша, - горько усмехнулась Ольга, - нанимать на работу – это одно, а вот делать частью семьи… В качестве зятя Вадим моего папашу совершенно не устраивает. Он нашел мне другого жениха.
- Но ты отказалась, да?
- Естественно. Он нашел – пусть сам на нем и женится!
- А… Вадим? – спросила Саша. – Он догадывается? О тебе… и о мнении твоего отца?
- Вадим старательно меня игнорирует. Возможно, не хочет осложнять себе жизнь. А может, осложнять ее мне. Я еще не разобралась, что там к чему, но обязательно выясню. Если проблема не в нас, а в упертости моего папаши, то я пойду на все, чтобы сломать эту дурацкую парадигму. Я не завишу от отца, будь он хоть трижды президентом!
Саша посмотрела на взволнованное лицо Химичевой и подумала о том, что сочувствует ей. Но уж слишком много разноплановых «но» были способны испортить ее планы.
- Ты же не бросишь меня, Саша? – спросила Ольга. – Ты же на моей стороне?
Саша знала, что оказалась в ловушке. Впрочем, разве она не приняла еще вчера решение помочь Химичевой?
Тут Ольга вздрогнула и на мгновение переменилась в лице. Саша оглянулась и увидела, как Вадим Коростылев входил в столовую. Облаченный в темно-синюю парадную форму с золотыми галунами и эполетами, стройный, с классически-правильными чертами лица и прямой спиной, он производил неизгладимое впечатление. Даже зная, что все это – продукт искусной генной инженерии, запрещенной к использованию во всех странах мира, нельзя было оставаться равнодушной. Скорректировав ДНК сына, родители Коростылева стали навеки государственными преступниками, но Саша часто спрашивала себя: а может, оно того стоило?
- Ладно, попробую не упустить свой единственный шанс решить дело миром, – пробормотала Ольга. - Я иду, пожелай мне удачи!
- Подожди! – Саша перехватила ее за руку. Капитан, конечно, был ослепительно шикарен, но выражение его лица не предвещало ничего хорошего. – Мне кажется, сейчас не лучшее время. Вадим Игоревич чем-то сильно озабочен. Дай ему время успокоиться. Он поест и подобреет. Моя бабушка любила повторять, что путь к сердцу лежит через желудок.
Ольга уселась на место. Она словно бы даже обрадовалась, что разговор немного откладывается. Саша подметила в ней следы сильнейшего волнения и подумала, что Химичева действительно испытывает в присутствии капитана сильные чувства. Любовь ли это? Ну, а почему бы и нет? Ведь и у самой Саши рядом с Димой Лазаревым ноги превращались в желе, а сердце готово было выскочить из горла.