— Признаться честно, если бы против нас тогда выставили бы лоргов, то нам бы пришлось куда как тяжелей. Это не тупые воркча и прямолинейные кроганы. Лорги умеют выпускать свой гнев в нужное время.
Они ещё долго стояли на вершине утёса, возвышающегося над джунглями планеты и разговаривали, обсуждая свои дальнейшие действия. В данный момент от них зависит, повторится ли история Кроганских Восстаний или нет.
В конечном счёте СПЕКТРами было принято решение помочь лоргам. В свою очередь придётся рассказать им об очень многом. И генофаг тут не главная проблема.
— Ты предлагаешь мне добровольно вручить Урднотам ещё один козырь?
— Найлус, не будь упёртым дураком. Ты представь только на минуту, что будет, попади эта сила в руки Кровавой Стаи?
— Духи, одно другого не лучше. Ты знаешь, как развращает власть? Знаешь ведь. Откуда мы знаем, что Рекс не решиться на отчаянные действия? Вся галактика тысячи лет воюет с обычными грызунами, а тут их разумные собратья после кроганской учебки.
— Риск есть всегда. А на крайний случай…
Андерсон не договорил, но турианец его понял. На крайний случай всегда можно применить оружие последнего шанса. Хотя тотальное уничтожение — это не выход. В любом случае с лоргами надо будет что-то решать. Благо для всех, что лорги куда более вменяемые, чем их учителя кроганы.
— Не забывай, Найлус, что нас ждёт большая война, чьи масштабы очень трудно представить даже аналитикам высочайшей квалификации.
— По расчётам тех же аналитиков война уже как два года должна идти.
Турианец презрительно нахмурился, выражая тем своё отношение к точным прогнозам. Дэвид предостерегающе поднял руку, давая понять, что ему надоел пессимизм собеседника.
— Мы о жнецах многого не знаем, поэтому точные прогнозы тут неуместны. За исключением их невероятной численности можно до посинения гадать о природе происходящего раз в пятьдесят тысяч лет галактического геноцида. С точки зрения тех же жнецов они совершают благое дело.
Найлуса передёрнуло от слов собеседника. Когда Дэвид начинал свои философские изложения, то хотелось забиться в самый глухой угол и не отсвечивать. Порой мысли человека по мнению турианца становились слишком циничными даже по отношению к его собственному виду.
— Ты опять меня не слушаешь. Эх. Найлус, у долгожительства имеется и обратная сторона медали.
Крайк раздражённо буркнул нечто несвязное в ответ, суть которого сводилась к тому, что же может быть плохого в долгожительстве.
— Азари и кроганам этого не понять, но люди до событий Кризиса Неназываемого в большинстве своём жили не намного дольше турианцев и прочих короткоживущих. Редкие из нас получали стопятьдесят-двести лет жизни. А с прогрессирующим долголетием мы познали то, о чём писал в своих сказках профессор.
В облике архимага появилась такая грусть, что турианец передёрнулся, представив на минуту, что стоящий перед ним человек судит с высоты своего опыта.
— Тебе это быть может трудно понять, напарник, но наша цивилизация сейчас переживает один из самых сложных периодов своей истории. Мы стремимся к космической экспансии не потому что у нас перенаселение, а по причинам куда как прозаическим. Нас гонит вперёд страх перед скукой. Мы добиваемся невероятных успехов, потому что только погружённость в работу, в отдых и в любое совершенствование собственных дел, позволяет нам отрешиться от апатии, тоски и тягости земного бытия. Мы ещё не совершили психологический переход под стать своему долголетию, и это тревожит меня.
В очередной раз люди сумели его удивить. Рассказанное выбивало Найлуса из зоны комфорта. Турианцу становилось неуютно, когда он представлял себе то, о чём ему сейчас рассказывалось.
— Я опасаюсь, что жнецы могут нанести нам удар именно по этой больной мозоли.
— Я скорее подумаю, мой мягкотелый друг, что твои сородичи бросятся во все тяжкие, пытаясь придумать способ их победить. И ведь придумают, да ещё такое, что самому психованному саларианцу в голову не взбредёт.
— Нет такой дури, костлявый, на которую бы не нашлись добровольцы из числа людей.
Они так и остались стоять на вершине утёса до самого заката. Помощи пока ждать неоткуда, ибо Кондору требуется серьёзный ремонт, а промышленность лоргов не может выдать нужных запчастей в столь короткие сроки. Вот и остаётся двум агентам любоваться видами и перебирать темы для разговора.
Малфои были не только одним из самых богатых кланов магов, но также имели и свои секреты. Крэббы и Гойлы были их верными вассалами и свято оберегали тайны семьи сюзерена. В конечном счёте уставшие от бесконечных интриг и войны убийц против своих соперников Малфои воспользовались космической экспансией, чтобы раз и навсегда покончить с попытками промышленного и торгового шпионажа.