— Мне пора на ворота.
Высокий мужчина в золотых доспехах спрыгнул с вершины башни и мягко приземлился во дворе замка. Здесь ждали его сыновья, а также дружины, которые они возглавляли. Битва предстояла серьёзной. Они пойдут за стены отвлекая на себя основную силу прущих на них врагов. Защитники замка со стен поддержат их огнём.
Двадцать одна дружина и гвардейский полк Чёрных Дьяволов Терры готовы к отражению атаки проклятых порождений Хаоса. Его собственные соратники стоят у него за спиной, одетые в лучшие доспехи, покрытые золотом. Всё самое лучшее досталась дружинам. Они готовы умереть за него.
— За Императора!
Дружинники как и всегда готовы по первому слову броситься во славу его на верную смерть. Они его верные ангелы смерти. Лорд Певерелл может быть в них уверен. Его сыновья стоят нерушимо.
— Дети мои, мерзкие порождения хаоса хотят пощупать нас за влажное вымя. Кое-кто из вас может быть и сам не прочь пощупать товарища, но только не сегодня. Мы должны победить. Никакой пощады врагу, ибо от них пощады также не ждите. Да рухнет на их головы молот войны!
— Война и смерть!
Они покидали ворота замка, которые закрылись за их спинами на множество хитрых задвижек. Битва не будет лёгкой. Вон они видны яростные полчища мерзских созданий, похожих на карикатурных мелких лошадей, за что врагов также называют пони.
Среди этого хаотического войска возвышаются бывшие левиафаны, которые всюду шествуют за толпой неуёмных в своей мерзости пони и их верных культистов.
— Приготовить ангрилаунчеры. Библиарии, приготовьте добровольцев в последний путь.
Пока его приказы выполнялись, Лорд Певерелл пафосно вышел вперёд, ставя ногу на валун и осматривая ряды врага. Жнецы уже начали огонь по мелкой шушере, прожигая в сплошных рядах пони просеки из расплавленного металла. Сразу поплыл неумолкающий вопли жалобных возгласов, агитирующий принять их великое учение и склониться перед силой дружбы, любви и всеобщего блага.
— Запускай смертников.
Самые крупные из ангримаринов взвалили себе на плечи огромные установки, куда целиком помещается сам дружинник в полном доспехе.
— Пусть познают на себе всю силу разрушительного факульчика.
Бахнул залп, и в сторону быстроприближающейся волны из тел пони вылетели ангримарины сжимая одной рукой имперское знамя на копье, а другой показывая врагу огромный фак керамитовой перчаткой. Пони и культисты снова взвыли, расстраиваясь. Благо имперское освящённое знамя отгоняло врагов достаточно долгое время, чтобы смертники, заброшенные глубоко в ряды противника могли выхватить оружие и пробиться к своим.
— Максимум фак!
Основная сила дружинников ударила из болтеров шквальным огнём по пони и культистам, превращая тысячи за секунду в кровавую кашу. Это война на уничтожение. Здесь нет места слабости и сомнениям. Потому все защитники Хогвартса бьют врага без жалости и сожаления. Когда огонь из болтеров уже не может сдержать прущую волну в дело вступают огнемёты. Проклятые пони сгорают, распадаясь пеплом под жаром священного прометия.
Вот кончаются снаряды в болтерах и топливо в огнемётах, и в дело вступают цепные мечи и топоры. Кровища брызжет во все стороны. Керамитовые зубья цепей совсем не аппетитно потрошат врагов в рваные клочья. Куски мяса, дерьмо, кровь и кишки в разные стороны. Вокруг заунывный звук погибающих пони, что действует на мозги, подтачивая психику и сбивая концентрацию.
Битва будет продолжаться до конца. Враг может отступить на короткую передышку, чтобы вновь перегруппировать силы. Лорд Певерелл знает это лучше всего. Надо нанести максимальный урон сейчас, чтобы потом было легче. Каждая пятая атака легче, если уничтожать врагов как можно больше.
В самой гуще боя Лорд Певереллл добирается до одного из бывших левиафанов. Несколько ударов и он внутри, разрывая гиганта на части среди сплетений его внутренностей.
— Победа!
Его клич подхватывают остальные, так как прилетел флот и пони начинают массово отступать, спасаясь от налёта истребителей. Дружба — это ересь! Только кровища! Только хардкор!
Джон Шепард с воплем проснулся, одним рывком оказываясь посреди каюты в одних лишь труселях и с оружием в руках.
— Ебалась Плакса в жопу в свободное от работы время! А работала Плакса минетчицей! Ну и хуйня же присниться! Злоебучий трижды траханный пиздец! Ну и кошмары, сохрани меня Мерлин.