Шепард протопал к рабочему месту и налил себе полный гранённый стакан с успокоительным. Из холодильника он достал заготовленный на утро бутерброд с салом. Рецепт Виктора Крама уже не раз доказывал свою действенность. Так что сон пришёл к архимагу быстро и легко.
После такого экстравагантного решения больше никакой кошмар не тревожил его сон и отдых. Проснулся лорд Певерелл снова от сигналов восьмого или девятого по счёту будильника. Они все были заведены на разное время и на разную мелодию. Конкретно тот будильник, что разбудил его сейчас, вещал мерзким голосом о том, чтобы хозяин не смел брать трубку, потому что его хотят вызвать на работу.
— Подождите! Какой на хрен будильник, мне и вправду звонят на личный номер.
Почесав свою небритую шрамированную рожу, Джон Шепард кое-как напялил на себя форму и кинулся к столу по пути снося ногами батарею пустых бутылок. В командирской каюте царил полный пиздец. Точнее создавалось ощущение, что он тут прошёл, предварительно побывав на конопляном поле. Зная характеристики этого могучего зверя, Шепард ничему не был удивлён.
— Да, вот он я! Кому понадобился?
Отжав кнопку соединения с собеседником, Шепард увидел перед собой лорда Лонгботтома в его истинном облике. Раздражённый друид тут же сменил гнев на ужас и закрыл глаза руками.
— Гарри, мерлинова борода, мне теперь это развидеть хочется! Проклятье, где лорда Принца носит, я хочу это забыть! Сукин кот, а не названный брат. Убери сейчас же свои награды, а то моя нежная психика этого не вынесет.
Архимаг удивлённо сменил внешность на истинную, а потом скосил глаза на свой китель, где обычными стальными болтами на тринадцать висели награды, если труселя его жён и любовниц можно за такие считать.
— Подтянутая задница Морганы, что за?
Сняв с себя китель, Гарольд Певерелл забежал в ванную и осмотрел себя в зеркало. В остальном всё было в порядке. Странно, учитывая количество выпитого алкоголя. Впрочем архимаги — крепкие ребята, так просто им не напиться.
— Чего ты хотел Невилл?
— Это ты мне скажи, что случилось, отчего ты ядерными зарядами с орбиты Прагии на поверхность планеты швырял.
— А, не обращай внимания, у меня тут неучтённое потомство образовалось. Вместе жгли жуткое прошлое.
— Серьёзный архимаг, без пяти минут правитель галактики, а всё туда же. Верно говорят, что первые четыреста лет детства у мальчиков самые тяжёлые.
Архимаг закатил глаза на проповедь оскорблённой праведности.
— Боги, и мне это рассказывает друид-самоучка у которого регулярно всякая ботва разбегается из теплиц. После твоих конопляных энтов, помидоров убийц и смертоносного бутылочника меня терзают подозрения, что ты соблюдаешь мясной мандат.
Лорд Лонгботтом отвёл глаза в сторону, понимая, что палево было и вообще не хрен лорда Певерелла подкалывать.
— Ладно, Гарри, у меня к тебе серьёзное дело. Вот информация.
Изучив переданный ему документ, Гарольд Певерелл был мягко говоря раздражён. Жена его друга подверглась одурманиванию. С учётом того, что она сама архимаг, то вывод напрашивался сам собою.
— Невилл, ты… ладно, я могу понять твои резоны ко мне обратится, но ты должен понимать, что я сейчас далеко не на пике формы. Чёрт побери, не раньше чем через месяц. Хорошо, хоть система отдалённая. Значит у нас может быть только один выход. Ты это понимаешь?
— Я прекрасно это понимаю, поэтому и полагаюсь на твой опыт. Никто в одиночку не сможет справиться с ней, а мы можем только гадать, куда дальше двинется эта гадость.
— Блокируйте систему, но так, чтобы это не было заметно. Ужом вертись, но сделай. Сам видишь, что мне надо и себя привести в божеский вид, и команду подтянуть до уровня, и корабль, который мне построили эти криворукие уроды переделать.
— Гарри, после твоих выходок требуется заводить личного менталиста.
— Какой есть. Всегда нужен, герой, брат, который будет разгребать всё это дерьмо.
Попрощавшись с лордом Лонгботтомом, архимаг принял свою вторую внешность, вновь становясь брутальным и героическим полковником Шепардом.
Уточнив у Сьюзи местоположение корабля и время суток, Шепард спустился в кают-компанию. Здесь следы попойки были уже убраны. Экипаж и десантный отряд уже похмелились и сидели ждали распоряжений. Пришлось поколдовать над каждым, составляя персональную формулу клятв для всех. Требования к секретности оставили мало места для сюсюканья.
Кроме Джокера и инженеров практически весь экипаж пришлось погружать в стазис и отправить в сон на месяц. Если за пилота и инженеров было кому поручиться, то остальных набирали в Цербере. А кроме тройки оперативников никто больше не приносил ему клятвы о неразглашении.