Запрос по системе Долена дал настолько мало информации, что одно это заставило Шепарда насторожиться. Не мудрствуя лукаво, Джон срочно прошёл в рубку связи. Первым делом он вызвонил Хакета и подробно поведал о ситуации. Затем ему удалось поговорить по закрытому каналу с Удинни. Потом на уши были подняты остальные члены Ордена Феникса, кому Магистр мог в какой-либо степени доверять.
В этот момент агенты Серого Посредника перехватили срочный запрос от Технократии Квари на арест одной юной особы, которой инкриминировалось предательство. Очень серьёзные обвинения, учитывая обстоятельства вокруг самой семьи Зора. И тут в довесок пришёл ещё один доклад от агентов Серой Гильдии: станция Медуза взята одним из флотов Технократии в осаду.
— Приплыли.
Шепард уронил руки, снова направляясь в рубку связи. Активировав сверхсекретный режим переговором, он принял истинный облик. Уже не первый СПЕКТР, а Магистр взялся за это дело.
— Невилл, срочно берите Технократию за жабры. Коллегию Адмиралов и Конклав взять в полном составе. Если начнут выёбываться, то сразу уничтожайте. Любое сопротивление подавлять жёстко и бескомпромиссно. Похоже кварианцы снова задумали техническую революцию, а на кону повтор истории.
Лицо лорда Лонгботтома сразу же приняло зверское выражение лица. Тут со своими ИИ в прошлом всякое было, а кварики снова решили за старое взяться.
— Я тебя понял. Постараемся сделать всё в лучшем виде. Вот не было печали. Ладно, давай разбираться с возникшей проблемой.
— Отбой.
Пришлось спускаться вниз и провести профилактический разговор с кварианцами на борту Нормандии. Детишки впечатлились даже сильней чем Шепард предположил. Про себя архимаг надеялся, что Тали не успела замазатся ни в чём таком. Ситуация даже в первом приближении выглядела по меньшей мере наглым саботажем и вредительством. А тут ещё и заговором пахнет. У Шепарда на это всегда был нюх, не иначе Аластор на него чихнул, когда архимаг был ещё младенцем.
— Эх, ну почему это говно свалилось именно на меня?
Вопрос был риторическим и в принципе не требовал ответа, но архимаг продолжил свои рассуждения.
— Вот меня не станет, что делать будут? Ох, тяжела ты костяная корона. Только любимое кресло помогает твой вес держать.
Пока они летят до места следует всё ещё раз обдумать.
— Келли, принеси мне кофе со сливками. Сахара одну ложку, короче как я люблю.
Чамберс появилась на мостике уже через десять минут с небольшим подносом. Шепард поблагодарил её сидя в кресле, забирая с подноса свою чашечку с кофе.
Маленький эсминец жнецов летел к своей цели через бездну космического мрака. Корабль направлялся к тайной базе Генриха Лоусона, ведомый злой волей предателя.
О, сколько сил было потрачено Генрихом, чтобы понять, что он нашёл и каков потенциал заключён в этой штуке. Изначально он подчинил корабль своей чёрной воле. Уже потом жнецы прознали о нём и вышли на связь. Назара — этот чёртов хранитель галактики и секретов армады, нашёл его и предложил план, который позволит ему жить вечно и править всеми.
— Конечно же я буду править всеми. Предвестник, ты даже не понимаешь, какое сокровище отдал мне в руки. Как только этот шар из сплавившихся воедино жнецов попадёт ко мне в руки, я вам покажу кто будет смеяться последним.
Могучая фигура Генриха вошла в рубку управления, где находился доработанный им самим мозг чудовища. Некогда прекрасный обликом Генрих посмотрел на себя в зеркало. Там отражался настоящий монстр — сплав технологии и магии, жестокое чудовище. По его мнению именно так и следует выглядеть настоящему темному лорду. Вызывая страх и ужас, склонить перед собой всех. Скоро они все познают на себе его силу. Он наведёт в галактике порядок, как следует.
Раздутое от мутаций и экспериментов тело Генриха помещалось в огромную чёрную броню. Внешне всё это выглядело даже более ужасно чем хаски-твари о которых ему рассказывали жнецы. Создав свою магическую версию нанитов жнецов Генрих первым делом вылепил из себя настурального монстра. Сложно было даже сказать, где кончается его плоть и начинается материал брони. Он бы не был собой, если бы не приделал себе крылья. Жуткое подобие оных, а не крылья. Создавалось ощущение, что это не крылья, а секиры и мечи на телескопических рукоятях, способных гнуться под любыми углами.