— Да, Госпожа. Я — твой дракон!
Чёрный вихрь закружился над научным комплексом вырвая куски из зданий и фрагменты металла, размалывая их в прах, который принялся нарастать на всё разрастающуюся фигуру, превратившуюся в тень из праха. Натуральный ураган более трёхсот метров в поперечнике взлетел в небеса Хестрома пронзаемые жёсткими магнитными бурями Долена. Разогнавшись на максимальную скорость чёрный вихрь полетел в сторону приближающегося дредноута гетов-еретиков. Сторонний наблюдатель мог бы в этом густом облаке праха различить огромный стометровый силуэт легендарного трёхглавого драколича Нидхёгга.
Еретикам понадобилось три минуты, чтобы опознать летящую на них жуть. Это дало драколичу время, чтобы приблизится на достаточное расстояние для рывка к дредноуту. Похоже коллективная эмоциональная матрица у гетов всё же присутствует, иначе как можно объяснить то, что по Нидхёггу синтетики открыли лихорадочный огонь из всех орудий. Вот только это было бы эффективно, если бы не пепельная аура чудовища, поглотившая и отразившая большую часть выстрелов. Легендарный монстр вцепился в бок дредноута и принялся раздирать броню огромными чёрными когтями. Проделав дыру в корпусе, драколич нырнул в недра вражеского корабля, уничтожая дредноут еретиков изнутри.
Дредноут гетов заискрился, задымился и стал заваливаться на бок. Он долетел почти до самого научного комплекса, аккуратно завалившись прямо поверх горного отрога, в месте где была каверна с входом в бункер квариан.
Десантный отряд в это время прорывался через туннели к пещере-ангару около бункера. Прикрываемые магическими барьерами сестёр Т'сони, озверевшие в процессе боя подчинённые Шепарда разносили еретиков под орех. Но к чему они оказались не готовы, так это к появлению на карте сражения гигантских платформ еретиков. Видимо не имея возможности одолеть двери бункера стандартными платформами, еретики решили, что размер имеет значение.
Четыре десятиметровых подобия праймов сторожило гигантскую табуретку. Ну то бишь ещё одно подобие, только колосса. С лёгкой руки Зима эти синтетики получили обозначение титан и дэвы. Название было не в бровь, а в глаз, ибо подобия прайма как раз были преимущественно чёрными с синими полосками и четыре руки как раз подходили под название. Натуральные дэвы из персидских легенд.
Пришлось прятаться за домами, но от тяжёлых повреждений технику это не спасло. Левая половина Мако представляла собой сплошные вмятины, а Химера лишилась орудий, теперь окончательно став похожей на внедорожник. Больше всех досталось Мегалодону, благо внутри остался только экипаж из Зима, Рико и Флорес. Они прикрывали отход за здания, встроенные прямо в стену пещеры-ангара. Инициативности и фантазии от еретиков не ждали. Поэтому мощные щиты, настроенные на отражение плазменного оружия гетов, оказались неготовы к прилетевшей в них стальной шпале, пригвоздившей Мегалодон к дороге, словно бабочку на булавку.
Вампирам хорошо, они боль могут блокировать и купировать кровотечение, ибо магическая эволюция их знатно изменила. А вот Зиму пришлось прижечь обрубки ног и тащить полутора калекам. Флорес посекло осколками, Рико лишился левой руки по локоть, но раненного сержанта они приволокли на плечах, наплевав на боль. Свалились они уже за углом. Рико зажал себе рот кляпом и заливал панацелином культю. Флорес шипела сквозь зубы матерные стишки, пытаясь снять с себя броню, активировав специальный медицинский артефакт для создания стерильной сферы. Самара, Заид и Ариана помогали им как могли. По правде помощь тут нужна была только Зиму, что лежал в отключке. Им занимались Джейкоб и Рендал. Над ними крутилась Алира, как знаток зелий и медицины.
В этот момент Гаррус и Хрундель готовили парочку орудий Каин. Подобная штука могла уничтожить не только дэвов, но и титану от неё точно станет плохо. Один из дэвов успел таки попасть под огонь тяжёлой пушки Мегалодона и получил мощный пробив в корпус. В этот момент послышался треск породы и шум обрушивающегося потолка пещеры.
Гаррус аккуратно выглянул за угол и его челюсть сделала попытку взять горячую путёвку в ад. Гигантские платформы еретиков вместе с окружающей их мелочью лежали разбитыми под грудами каменных пластов, куч праха и обломков корабля. Высоко в своде пещеры зияла дыра, в которую было видно обломки дредноута гетов. Среди этого безобразия через открытую левую створку ангара поступал свет заката, наэлектризовывая поднятую пыль. Взрывы среди обломков довершали картину, сыпля в пещеру искры и детали. И на самой вершине этого бардака стоял уставший, шатающийся Шепард, ругающийся такими оборотами, что боцманы в сторонке плачут.